Вятская ТПП почти за 20-летнюю историю снискала авторитет и уважение среди участников экономической деятельности, у законодательной и исполнительной власти региона. Все эти годы она не только отстаивает интересы бизнеса в региональных структурах, но и системно участвует в деятельности российской Палаты, транслируя коллегиальное мнение вятского бизнес-сообщества в самые верхние эшелоны власти. Накануне поездки президента Вятской ТПП на заседание «Меркурий-клуба», посвященного проблемам участия России в ВТО, мы побеседовали с Н.М. Липатниковым.

– Николай Михайлович, какие задачи стоят перед палатой сегодня?

– На ближайший период роль палаты заключается в том, чтобы помочь предприятиям адаптироваться к условиям ВТО. Поэтому мы сейчас интенсивно принимаем участие в мероприятиях российской Палаты, Центра международной торговли, которые проводят встречи с ведущими евро-азиатскими и российскими специалистами и учеными, знакомыми с принципами работы в макроэкономических условиях. Пути назад нет, а поэтому надо осознанно и не допуская ошибок встраиваться в мировое торговое сообщество. Предназначение торгово-промышленной палаты, ее миссия в целом не изменились и заключаются в создании в регионе благоприятного климата для предпринимателей. Будет развиваться бизнес – будет процветать территория. Ряд стран неоднократно и убедительно продемонстрировал данный постулат. К примеру, Китай, пережив культурную революцию и теорию Великого скачка, которые довели огромный по численности народ до нищеты и голода, в последние годы пересмотрел свою стратегию развития. Основную ставку китайцы сделали на бизнес, причем на селе, где проживала большая и наиболее бедная часть населения. Ставка оказалась верной. Сегодня национальная экономика Китая на первых позициях в мире, ВВП увеличен в 4 раза. Перед нашей страной стоит задача удвоить валовый внутренний продукт. И для этого нам надо создать режим наибольшего благоприятствования для бизнеса. Зная проблемы местного предпринимательства, палата начала с изучения опыта взаимодействия бизнеса и власти ряда стран Европы и Азии. В этом деле неоценимую помощь нам оказала ТПП РФ, предоставив через своих зарубежных представителей фактические данные.

– Что из мирового опыта палата возьмет на вооружение?

– Интересна политика соглашений бизнеса с налоговыми органами в Австрии. Предприниматели в определенных случаях могут рассчитывать на налоговые послабления: платить налоги в рассрочку или сокращать размер штрафных санкций. Главное условие для налогоплательщика – добросовестное исполнение обязанностей. Кто нарушит это соглашение, будет наказан. И это справедливо. А тот, кто исправно платит налоги, не станет уходить на регистрацию в офшорные зоны или в соседние территории. Он знает, что работает на благо страны, и она ему отвечает тем же. Государство в течение 5 лет не меняет размер налогов законопослушным работодателям. Государственная политика Австрии в отношении бизнеса такова: не увеличивая налоги, добиваться стабильности уплаты.

Мы провели сравнительный анализ предпринимательства в США и Китае. В Америке бизнес во главу угла ставит прибыль, а в Китае – интересы государства, территории, которые ему дороже прибыли. Российский бизнес сегодня исповедует американские принципы, хотя промышленники и купцы дореволюционной России на первое место ставили честь. И может быть, есть смысл вернуться к нашим корням, а не копировать опыт других.

– Россия вступила в ВТО. Как палата намерена поддерживать бизнес на пути интеграции в мировое сообщество?

– Россия стала 156-м государством, вошедшим в ВТО. Если мы посмотрим список, то увидим, что наряду с самыми цивилизованными странами мира там есть государства с экзотическими названиями, которые кроме бананов ничего не экспортируют. Зачем им это надо? Я начну с бытового примера. Фермер вырастил овощи и повез их на рынок, а сам не знает правил, которые действуют на этом рынке. Хорошие они или плохие, но их надо знать и соблюдать. ВТО – это мировой рынок, и все, даже малые страны, вписались в те правила, которые действуют в этой торговой организации. Нам тоже пора прекращать дебаты, а начать пересматривать нормативную базу, которая сдерживает развитие российского бизнеса. Также оценить экономическую нагрузку, которая негативно влияет на такой важный показатель конкурентоспособности, как себестоимость продукции.

– В себестоимости продукции наиболее непредсказуемая часть – тарифы за потребленные ресурсы. В отдельные годы они могут съесть не только инвестиции, но и всю прибыль.

– Рост тарифов на автомобильные и железнодорожные перевозки уже привел к стагнации  лесопромышленного комплекса. Лесопереработчики нуждаются в сырье, а лесозаготовителям невыгодно его поставлять в прежних объемах. За время реформы РЖД мы также потеряли покупателей низкосортной древесины из Финляндии. Сейчас она гниет на лесосеках, а работники остаются без зарплаты.

Следующий пример. Весенние ограничения движения по автодорогам. Они распространяются только на российский бизнес, потому что постановлением правительства перевозка импортных грузов в этот период разрешается без дополнительной платы. В условиях работы в ВТО наш бизнес уже неконкурентоспособен на величину этих весенних поборов.

Палата взяла на контроль ситуацию с тарифами за потребленную электрическую энергию и техприсоединение. Надо отдать должное, что служба по тарифам начала более жестко координировать тарифную политику, появляется какая-то ясность. Но в условиях ВТО эта ясность должна быть системной, чтобы выстраивать долгосрочную ценовую политику. Но вот есть постановление № 861 Правительства РФ о льготном техприсоединении малого бизнеса, по которому забота государства о предпринимателях вылилась в рост спекуляции. Потому что нет ясности, из каких источников эти льготы будут обеспечиваться. В настоящее время владельцы земельных участков, используя льготу, в массовом порядке «электрифицируют поля», повышая их рыночную стоимость. Жутко смотреть, когда в поле до горизонта тянутся новые современные линии электропередачи, не запитанные током, потому что нет пользователей. Мы провели общественные слушания по этой проблеме. Были высказаны мнения, что энергетики покроют эти затраты за счет роста тарифов, что у них большая прибыль и малый инвестиционный портфель. Но не будем забывать, что с этой прибыли энергетики заплатят и большие налоги, за счет них формируется наш бюджет. А финансовые потоки на инвестпроекты распределяются наверху. И это уже задача губернатора и правительства выяснять с владельцами компании в Москве, почему малая доля прибыли идет на инвестиции в область. А тарифы, как известно, лягут на плечи предприятий и населения. Причем с учетом существования в России такого атавизма, как перекрестное субсидирование, большую нагрузку будут испытывать опять же предприятия. Проблема требует скорейшего решения.

Это только самые яркие примеры того, как отсутствие четкого госрегулирования отрасли приводит к абсолютно нерациональным решениям. Но в условиях ВТО любые изменения тарифной политики повлекут рост себестоимости продукции. И каждый рубль, который ляжет на себестоимость, а затем перейдет в цену продукции, будет работать против конкурентоспособности российского бизнеса.

– Вятская ТПП может предвидеть подобные ситуации и имеет возможность их не допустить?

– Палата обладает умением видеть изменения, которые предстоят в российской экономике как на федеральном, так и региональном уровнях. Проводит экспертизу потенциальных изменений, анализ возможностей, делает выводы и выходит в соответствующие структуры на федеральном и местном уровнях, чтобы убедить отказаться от неправильных шагов. Не думайте, что в палате априори умнее и способнее люди, чем, например, в Государственной Думе или правительстве. Просто палата обладает серьезным экспертным потенциалом. Было бы наивно полагать, что 3-4 аппаратных работника справятся с многоаспектными и разноплановыми задачами по проблемам промышленности, леса, машиностроения, АПК, образования, науки, кадров, охраны труда, страхования, аудита и др. У нас активно работают общественные комитеты, коллегия советников. А это как раз представители всех отраслей экономики и разных уровней знаний, которые благодаря своему профессионализму могут высказать собственную позицию и в состоянии ее аргументированно отстоять.

– Нам повезло, что некоторая консервативность вятских пищевиков позволяет нам до сих пор употреблять в пищу местные натуральные и качественные продукты. Но западные технологии, экспансия которых началась с приходом федеральных сетей, выбивают у переработчиков почву из-под ног. Как палата будет поддерживать местного производителя?

– О приходе федеральных сетей мы написали не одну статью, предостерегая, что они вот-вот войдут в регион. На семинарах и круглых столах предупреждали, что этого надо ожидать, потому что отслеживаем тенденции и видим неизбежность перемен. В ответ нам говорили, что мы сгущаем краски. Но вот федеральные сети здесь и уже продвигаются в районы области. Плохо это или хорошо? И хорошо, и плохо. Хорошо, что ассортимент богатый, есть право выбора у людей. Плохо, что мы вовремя не задумались, что у нас в опасности местные производители. Сетевые компании, и это подтвердит любая проверка, далеки от того, чтобы заботиться о здоровье людей, завозить качественные продукты, которые прошли все виды лабораторных испытаний. Продукты закупаются огромными партиями, по низкой цене и чаще всего за рубежом. Известно, что стратегия экономического развития сетевых компаний нацелена только на получение прибыли, она не ставит задач поддержать местного производителя. Даже если под настойчивым давлением местной власти они говорят, что будут увеличивать объемы продукции местного производства, это не значит, что они расширят ассортимент. И та работа, которая велась предприятиями малого бизнеса по качеству продукции и расширению ассортимента, сводится сетевиками на нет. В данном случае палата будет продолжать лоббировать интересы местных производителей на всех уровнях власти.

– Владимир Путин, будучи премьером и президентом, неоднократно заявлял, что пора прекращать «кошмарить» бизнес. Но давление, по-моему, только усиливается?

– Пять прошедших лет мы посвятили выстраиванию отношений с федеральными и местными органами власти, администрацией города, Законодательным собранием, губернатором. У нас в активе есть  успешные дела, когда в конструктивном взаимодействии нам удалось найти оптимальные пути решения проблемы. Но это не значит, что мы уже всего достигли. В сравнении с нашими деловыми партнерами в Европе и Азии мы находимся совершенно в разных условиях по отношению бизнеса с контрольно-надзорными органами. Там превалирует предупредительный формат.

Например, на Кипре, в странах Бенилюкса и Франции инспектор сначала проводит техническую консультацию, выявляет нарушения, которые рекомендует исправить. Если требования после истечения срока не будут выполнены, последует незначительный штраф. К судебному разбирательству или штрафам, ставящим компанию на грань разорения, приведет только нанесение значительного ущерба государству, юрлицам или гражданам. В России из судебной практики исчез принцип презумпции невиновности бизнеса. К нему надо срочно возвращаться. Чем дольше мы будем затягивать этот процесс, тем свободнее станут дышать наши конкуренты на Западе и в Азии.

Взаимодействие малого и среднего бизнеса с госрегуляторами в экономически успешных странах базируется на хорошо проработанном законодательстве. И мы должны в корне изменить психологию общения бизнеса и надзорных структур, о чем я буду докладывать на «Меркурий-клубе». Сегодня это задача федерального уровня.

Сейчас требования отдельных госструктур доведены до абсурда и имеют коррупционный оттенок. К примеру, каждый сотрудник должен иметь противогаз. Зачем? В доме, где расположен офис компании, живут еще 300 человек. И жителям 9-го этажа противогаз не требуется, а человеку на первом – обязателен. Или таблички у входной двери! Слепой их не увидит, а зрячий не обратит внимания, потому что рядом дверь и в ней ключ. Если загорелось здание, сотрудник офиса не кинется искать план эвакуации. Он и с закрытыми глазами знает, куда бежать. Но мы работаем не так. Есть табличка – ты молодец. Нет – ты виноват. А раз виноват – тебе предписание, которое тут же направляется мировому судье – и готов штраф в 150 тысяч рублей. А что такое 150 тысяч для малого предприятия, которое с большим трудом зарабатывает деньги, экономя на чем можно и на чем нельзя.

Я осветил только важные проблемы, над которыми мы сейчас работаем. Остальное – текущая деятельность палаты.

Сегодня создается институт омбудсмена по защите прав предпринимательства. Позиция Титова понятна мне и всему правлению российской Палаты, членом которой он, кстати, является. Но палата, как верно заметил председатель третейского суда при ВТПП Анатолий Никитин, уже многие годы является коллегиальным омбудсменом бизнеса. В этом ее главная цель, предназначение и миссия.