Карта мира: новые государства означают новую политику

XX век стал временем политических перемен. Первая и Вторая мировые войны и крах колониальной системы привели к полной перекройке карты мира. Рушились империи, исчезали целые государства, а на их месте тут же возникали новые. Отголоски тех недавних по историческим меркам событий мы ощущаем и по сей день.

О том, появления каких новых стран на политической карте мира нам ждать в ближайшем будущем, мы поговорили с директором Международного института новейших государств Алексеем Мартыновым.

– Расскажите о вашем институте: чем он занимается, какие государства являются объектом исследования?

– Наш институт был создан в 2008 году. Его образование было обусловлено тем, что сегодня в мире возникает много новейших государств. Границы, сформированные после Второй мировой войны, нестабильны. Так, на территории бывшего Советского Союза мы видим несколько таких вновь образовавшихся государств. Два из них уже признаны – это Южная Осетия и Абхазия. Есть еще Приднестровская Молдавская Республика, Нагорно-Карабахская Республика. Но это не только явление постсоветского периода, в мире много таких новейших государств, которые мы и изучаем. Это вновь образовавшиеся государства в Европе, Африке и на других континентах. Сам по себе феномен образования новейших государств и является предметом наших научных изысканий.

– Вы упомянули Африку. Кажется, именно этот регион на сегодняшний день является одним из самых проблемных в плане возникновения новых государств. Все мы знаем, что ХХ век стал для Африканского континента временем передела границ, когда после развала колониальной системы государства в Африке образовывались почти без учета исторических и этнических факторов. Все это на сегодняшний день спровоцировало большое количество проблем, вплоть до военных конфликтов. Как вы считаете, сколько еще будет продолжаться такой «передел границ» в Африке и чем это грозит странам региона и всему миру?

– Да, действительно, этот процесс продолжается. В последнее время он более активизировался. Достаточно вспомнить недавние события в Судане, когда эта страна распалась на Южный и Северный Судан. И, безусловно, это связано с тем, что во времена колониальных империй границы на африканском континенте чертились практически по линейке. Это хорошо видно, стоит только взглянуть на карту. Никто не принимал во внимание ни интересы народов, населяющих эти территории, ни этнические или религиозные особенности. Сегодня эта несправедливость исправляется. Например, Судан разделился на две части мирным путем, путем референдума. В начале сентября я посещал эту страну с рабочим визитом, мы увидели там очень много интересного. Хочу сказать, что власти Северного Судана хорошо справились с задачей мирного закрепления новых границ. Конечно, там есть еще определенные противоречия, есть некоторые столкновения, но это носит больше не политический и территориальный характер, а скорее контроля месторождений углеводородов.

– То есть вы считаете, что перспективы мирного передела границ в Африке все же есть?

– Конечно.

– Давайте перенесемся на постсоветское пространство и близлежащие территории. Здесь еще остаются государства, которые носят статус непризнанных, например, Приднестровская Молдавская Республика. Какие перспективы развития есть у таких стран?

– Во-первых, эти государства, хоть они формально и не признаны, динамично развиваются в социально-экономическом, политическом и социокультурном плане. Что касается Приднестровской Молдавской Республики, я практически уверен, что в ближайшее время она будет признана. Ведь ситуация в регионе развивается таким образом, что Приднестровье все больше и больше приобретает значение самостоятельного игрока, и это, безусловно, приведет к политическому признанию. Я думаю, что это признание будет не только со стороны России. Очевидно, и сама Республика Молдова признает Приднестровье, и Украина пойдет этим путем. Сегодняшняя тенденция к евроинтеграции в Молдавии и на Украине открывает новое окно возможностей для политического признания Приднестровья.

– А какие перспективы есть у Южной Осетии и Абхазии в связи с тенденцией в регионе к евразийской интеграции? Смогут ли они, например, в будущем стать членами Таможенного союза?

– Я думаю, что участие Южной Осетии и Абхазии в интеграционных процессах на постсоветском пространстве – это вопрос среднесрочной перспективы. Безусловно, эти государства находятся в политической, экономической, да и в культурной орбите России, и, конечно, они будут участвовать в интеграционных процессах. Другой вопрос – когда и в какой форме. Сегодня пока еще остаются некоторые неразрешенные противоречия с Грузией в отношении Абхазии и Южной Осетии, но смена власти в Грузии дает определенные надежды, что эти противоречия будут сняты. Самое главное, что Россия политически признала Абхазию и Южную Осетию, и это признание обратной силы не имеет. Весь мир должен с этим считаться и, я надеюсь, считаться будет.

– Существует стереотип, что политическая карта мира в последние десятилетия не менялась. Однако мы видим, что мир постоянно меняется. Какие изменения ждут нас в ближайшей перспективе?

– Политическая карта мира – это, скажем, не бином Ньютона, который не подвергается ревизиям. Достаточно взять хотя бы последние сто лет, и мы увидим, сколько новых государств появилось, сколько исчезло с карты. Я уверен, что этот процесс, этот феномен образования новейших государств находится сейчас в самой динамичной стадии, и новые государства появляться будут. На подходе провозглашение Курдистана. Курдистан – это часть Ирака, а также Турции и Сирии. Курды сегодня очень уверенно и достаточно динамично идут к своей цели.

– Сегодня в мире все более активную роль начинают играть различные региональные организации. Есть ли вероятность, что на базе неких региональных объединений в ходе их дальнейшей углубленной интеграции образуются новые государства?

– Конечно. Ведь посмотрите, во что сегодня превратился Европейский союз. При том, что это союз суверенных государств, с каждым годом все большую часть собственного суверенитета члены Европейского союза передают в органы управления ЕС. Это открытые границы, национальные валюты, военные и правоохранительные структуры. Иными словами, тенденция такая есть, и вполне возможно, что подобным путем пойдут какие-то интеграционные сообщества на постсоветском пространстве во главе с Россией.

Но неправильно сегодня проводить аналогии и говорить о том, что это реставрация Советского Союза. Конечно, того СССР, который многие еще помнят, уже не будет. Прежде всего, речь идет об экономических связях. Если мы вспомним, откуда возник Европейский союз, а возник он из Европейского союза угля и стали (ЕОУС), то это союз прежде всего экономический. Бенилюкс – также экономический союз, а уже затем идет политика. Советский Союз строился наоборот. А сегодня на первом месте стоит экономическая целесообразность.

Мария Качевская,
ТПП-Информ

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.