Тематический дневник

Как через политику бизнесмены хотят включить печатный станок

28 марта 2016 г.

От «Правого дела» до «Партии роста».
«Лучше политику поддержать сильной экономикой, чем опустить политику до слабой экономики», – сказал председатель партии «Правое дело» Борис Титов. На парламентские выборы в сентябре он собирается идти с программой «Экономического роста», которую разработал Столыпинский клуб. Зачем бизнесменам предлагают пойти в политику, если они не хотят ее менять?

Вся тяжесть экономического кризиса 2014–2016 годов легла на плечи россиян. Последние цифры Росстата говорят сами за себя: порядка 20 млн человек (13,4% населения) оказались за чертой бедности, доходы населения упали на 9,7% и продолжают снижаться 14 месяцев подряд. Резкое обеднение граждан и как следствие этого возможное падение поддержки президента, конечно же, беспокоит Кремль. Но Владимир Путин полагается на готовность россиян терпеть лишения ради общественного спокойствия. Об этом в декабре прошлого года говорили близкие к администрации президента источники агентства Bloomberg.

Напряженная внешняя политика, боевые действия на юго-востоке Украины и в Сирии обеспечивали рекордную поддержку президенту. Основное недовольство переводилось с первого лица на правительство, которое, согласно опросам Левада-центра, продолжает терять популярность – в январе политику кабинета министров положительно оценивали лишь 45% населения, а рейтинг премьер-министра Дмитрия Медведева опустился до 56%, главным образом из-за проблем в экономике. Критика действий или бездействия правительства, в особенности экономического блока, усиливалась со стороны оппонентов, предлагающих альтернативные программы выхода из кризиса.

Другой разговор

В октябре 2015 года на экспертной площадке организации «Деловая Россия», в рамках заседания теперь уже широко известного Столыпинского клуба, помощник президента Сергей Глазьев и бизнес-омбудсмен Борис Титов представили доклад «Экономика роста». Составители документа для решения всех бед российской экономики предлагали существенно увеличить денежную базу (М2) по отношению к ВВП, то есть включить печатный станок, чтобы обеспечить экономический рост. А затем через «целевые каналы», препятствуя уходу средств на валютный рынок, выдавать с одобрения профильных чиновников деньги на проектное финансирование – новую промышленность. Чтобы план заработал, все это должно сопровождаться снижением ставки рефинансирования до 4-5%, занижением курса рубля и отказом от его «свободного плавания».

Программа, содержащая еще множество второстепенных предложений разной степени радикальности и привлекательности для отдельных представителей власти (отмена накопительной части пенсии, прогрессивный НДФЛ, налог на потребление, налог на валютные операции, дерегулирование тарифов естественных монополий), получилась спорной и явно противоречащей всей проводимой политике правительства и Центробанка. Несмотря на шумные обсуждения в прессе, по большому счету правительству на теоретические упражнения академика Глазьева и компании можно было не обращать внимания. Но в конце февраля Борис Титов – по собственной ли воле или по указке Кремля – возглавил многострадальную партию «Правое дело», которая перед выборами в Госдуму 2011 года получила яркого лидера – миллиардера Михаила Прохорова, но набрала 0,6% голосов, после чего бизнесмен со скандалом покинул пост ее председателя.

Титова история неудач «Правого дела» не отпугнула, он воспринял партию как возможность продавливать идеи, минуя безответный Белый дом. Как он позднее объяснил в интервью «Ведомостям», предпринимателям сегодня трудно выстраивать диалог с правительством – инициативы не превращаются в законопроекты. «Мы высылаем в Думу, вносятся законы, потом правительство дает негативный отзыв – и все останавливается», – говорил Титов, выражая уверенность, что при сильной электоральной поддержке «разговор будет идти по-другому». При этом чуть ниже признавал – в центре экономической повестки партии будет программа Столыпинского клуба, для этого она, собственно, и писалась. Однако «многим сегодняшним начальникам она не нравится», признавал бизнес-омбудсмен.

Примечательно, что премьер Медведев практически параллельно с назначением Титова председателем «Правого дела» поручил министру открытого правительства Михаилу Абызову, который курирует подготовку «Стратегии-2020», создать рабочую группу из представителей федеральных органов исполнительной власти и рассмотреть «Экономику роста». Сам Титов отмечал заинтересованность Медведева, когда тот знакомился с проектом в январе. Однако активность премьера вряд ли объясняется одним лишь интересом к программе, которая идет вразрез с его политикой, более того – открыто противопоставляется ей. С одной стороны, глава правительства самим фактом того, что он поручил изучать документ половине чиновников Белого дома, оказал услугу партии «Правое дело», в которую по третьему разу бизнесмены могли и не поверить. С другой – Медведев показал экономическому блоку правительства, что оппоненты рядом и без видимых результатов готовы занять их места, чтобы резко сменить курс.

И речь, возможно, не о ближайшем времени, ведь была или нет сделка, которую премьер Путин и президент Медведев совершили вдали от фото- и телекамер на рыбалке в августе 2011 года, но президент Путин поддерживает премьера Медведева и, видимо, намерен поддерживать до конца своего третьего срока в 2018 году. Тем не менее насколько нереальны при текущем раскладе сил надежды Столыпинского клуба, сказало одно ночное совещание у Путина, на котором обсуждалось увеличение проектного финансирования под льготный процент со стороны ЦБ до 240 млрд руб. с текущих 100 млрд. Предложение прозвучало четко, но дальше все закончилось абсолютно в духе президента: на совещании по спорному вопросу, где последнее слово остается за человеком во главе стола, никакое решение принято не было. К слову говоря, «Экономика роста» предлагает с использованием того же механизма – прямого кредитования проектов ЦБ – выдать в течение нескольких лет дешевые кредиты на 1,5 трлн руб.

Менять экономику, несмотря на политику

Справедливо будет сказать, что трезвые замечания экономистов не особо волнуют идеологов новой экономической политики. На «открытой трибуне» в Госдуме главный экономист Sberbank CIB Евгений Гавриленков объяснял депутатам, что в 2015 году денежная масса росла двузначными темпами – за счет монетизации дефицита бюджета в 1,9 трлн руб. и продаже Резервного фонда. «Банки получили эту ликвидность под нулевую ставку, но к ускорению экономического роста это не привело», – заключил экономист. Однако, по признанию Титова, многие в Госдуме даже среди депутатов «Единой России» с симпатией относятся к предложениям Столыпинского клуба. Теперь остается преодолеть на сентябрьских выборах 5%-й барьер и продвигать с трибун законодательной власти включение печатного станка в пакете с валютным регулированием и прогрессивной шкалой налогов.

К инспирированному властью на очередном электоральном витке правому проекту много вопросов. Но главный, пожалуй, звучит так: можно ли изменить экономику, не меняя политику? Сторонники безудержной эмиссии, по сути, считают, что нужно закрыть глаза на правовой беспредел и коррупцию, давать больше денег направо и налево и надеяться на развитие. Хотя опыт сытых 2000-х подсказывает, что попытки залить проблему деньгами в этом случае ведут только к увеличению масштаба проблемы. Аргументы о том, что ждать политических изменений – значит вести дело к народным протестам, вызванным скудным пайком в деградирующей экономике, отчасти оправданы поведением россиян: протесты последних лет обращены не против властей и политической системы как таковой, но против конкретных экономических проблем, которые люди требуют решить.

Ответ на вопрос, что было вначале – яйцо или курица, а следовательно, что нужно менять сначала – политический или экономический курс, можно найти в результатах голосования Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), которое было проведено на встрече президента Путина с представителями делового объединения 24 марта. Как выяснилось, главной проблемой члены РСПП считают непредсказуемость государственной политики, во-вторых – административную нагрузку и лишь на третьем месте стоит ключевая ставка, ограничивающая возможности кредитования.

Однако те, кто думает, что партия «Правое дело», которую собираются переименовать в «Партию роста» (статья была написана до переименования, которое произошло на съезде партии 26 марта - Прим. ред.), чтобы электорат сразу понимал суть (смена экономической политики), печется об общем благе, сильно ошибаются. Капитанам экономики всегда нужны дешевые деньги, как и любой другой дармовой ресурс. Но Россия переживает не кризис предложения, а кризис спроса. И рост денежной массы в 2015 году только потому не привел к всплеску инфляции, что россияне начали больше экономить и меньше потреблять на фоне падения доходов. Выпуск в оборот еще большего количества денег помимо рисков разбалансировки макроэкономической стабильности страны приведет к росту так называемого «инфляционного налога», налога на бедных – то есть на тех, кто никоим образом не допущен к перераспределению средств в экономике.

Выборы покажут

Как бы ни хотели в Кремле оживить и подбодрить предпринимательское сообщество, чтобы опереться на него в деле восстановления экономики, «Партии роста» придется на себе оценить спрос на правые идеи при левых ценностях общества. Противоречие между ними на съезде РСПП обозначил президент Путин, отвечая на предложение о снижении фискальной нагрузки. «Прекрасно, но тогда правительство должно определить, что нужно снять из обязательств государства перед гражданами. Что там сократить нужно: пенсии, пособия, затраты на оборону и безопасность? Что нужно сделать?» – сказал президент, обозначив противоречие между желанием бизнеса платить меньше налогов и заботой государства о гражданах.

Глава «Партии роста» видит все немного иначе: «Главное отличие – являешься ли ты правым либералом или левым: выступаешь за социализм, строительство социал-демократии или сначала выстраиваешь жестко непопулярно экономику, создаешь средний класс, а не заигрываешь с низшими и понимаешь, что равенство и демократия работают в развитом обществе». По сути, Титов выразился очень точно: либо «выстраиваешь жестко непопулярно экономику», либо «заигрываешь с низшими».

Надо отметить и то, что сражаться с непопулярным правительством и, по выражению Титова, «псевдолибералами» гораздо проще, чем с силовиками, которые напрямую несут ответственность за деловой и инвестиционный климат в стране, подрывая основу развития экономики – право частной собственности. Как уполномоченному по правам предпринимателей при президенте Титову отстаивать своих не всегда удавалось.

Общий смысл обхаживания власти предпринимателей можно описать так: понимая, что основные тяготы в кризис переложены на население, Кремль в то же время не может кнутом принуждать бизнес создавать больше рабочих мест и спасать народное хозяйство – открытая рыночная экономика так не работает. Поэтому власти протягивают руку наиболее инициативным бизнесменам и в качестве пряника предлагают продвигать собственную экономическую программу. Предприниматели пишут ее таким образом, что она калейдоскопом идей радует глаз почти всем: предприниматели получают дешевые деньги и спасают свои неэффективные производства, чиновники – право их распределять.

Что получится в итоге и получится ли хоть что-то – должны показать выборы. Популярность и востребованность своих идей, а следовательно, и состоятельность экономической программы «Партия роста» должна будет доказать на выборах. А пока в правительстве знакомятся с идеями потенциальных конкурентов и думают, что с этим делать.