Суть борьбы с коррупцией в Китае – от паллиативных к радикальным мерам

ТПП РФ уделяет особое внимание противодействию коррупции в сфере предпринимательства, в том числе путем продвижения Антикоррупционной хартии российского бизнеса.
Проблема же борьбы с коррупцией в России остается одной из ключевых. Досрочное освобождение из колонии фигурантки дела «Оборонсервиса» Е. Васильевой вызвало бурное обсуждение в обществе.
Проблема коррупции знакома всем развитым странам. Опыт их борьбы с этим явлением представляет интерес. Как Китай борется с коррупционерами? Мы публикуем новую статью Хэ Цзяхуна, профессора права Народного университета, члена Специального консультативного комитета Верховной народной прокуратуры Китая, подготовленную специально для ТПП-Информ.

– Недавно в Интернете приобрела популярность следующая новость. Ранее занимавший посты начальника Управления общественной безопасности автономного района Внутренняя Монголия и заместителя председателя Народного политического консультативного совета Чжао Липин арестован полицией по подозрению в убийстве молодой девушки, имевшей с ним любовные отношения. Он также подозревался в том, что являлся фигурантом громкого дела о хищении государственных средств и взяточничестве, а потому, возможно, вошел в первую сотню «тигров», удар по которым был нанесен после XVIII съезда КПК.

Я был знаком с Чжао Липином. Весной 1998 года я участвовал в мероприятиях, организованных пекинским обществом писателей детективов, где и познакомился с Чжао. Тогда он еще был заместителем начальника Управления общественной безопасности автономного района Внутренняя Монголия, он подарил мне сборник стихов «Закат на Хуанхэ». Впоследствии, когда он приехал в Пекин на учебу в Центральную партийную школу, мы с ним снова увиделись. Наконец, когда он поднялся по служебной лестнице и стал начальником управления, занимая еще и должность заместителя председателя правительства автономного района, мы больше не искали встреч. В настоящее время он «выбит из седла» и отстранен от занимаемых должностей за вполне определенные поступки, которые в значительной степени приводят в замешательство. Однако это тоже можно считать своеобразным новаторством в деле «противодействия коррупционным тиграм».

Спустя два с лишним года, кампания «ударов по тиграм и мухам», направляемая Комиссией по проверке дисциплины ЦК КПК, принесла блестящие результаты, заставив обратить на себя внимание всю мировую общественность. Однако в целом успех борьбы с коррупцией заключается не в количестве отданных под суд продажных чиновников, а в том, сколько еще таких чиновников в обществе. Вне всяких сомнений, в любой стране обязательно имеется «черная цифра» коррупционных преступлений, то есть количество невыявленных коррупционных преступлений или число чиновников-коррупционеров, которым удалось избежать наказания. В таком случае, сколько еще в Китае продажных чиновников, скрывающихся пока в подполье или блаженствующих в своей безнаказанности? Мы этого не можем знать, но мы можем это вычислить.

Общеизвестно, что в настоящее время расследование коррупционных преступлений в Китае сталкивается с «тремя трудностями»: это трудность выявления преступления, трудность доказательства и трудность привлечения к ответственности.

Исходя из этого, можно сделать следующие выводы: среди всех совершенных коррупционных преступлений примерно половина не выявляется; среди уже раскрытых или случайно выявленных коррупционных преступлений примерно половина не может быть доказана; среди всех доказанных коррупционных преступлений примерно половину фигурантов дел невозможно привлечь к ответственности.

Если верить этим трем выводам, тогда результатом умножения трех 50% будет следующее: количество чиновников-коррупционеров, понесших наказание, составляет 12,5% от общего числа всех продажных чиновников. Или, иными словами, «черная цифра» коррупционных преступлений достигает 87,5%. Из-за того, что коррупционные преступления обычно носят длительный характер, мы можем взять период в 10 лет в качестве условного и оценочного.

Таким образом, за прошедшие 10 лет в Китае количество чиновников-коррупционеров, понесших наказание, составило 300 тысяч человек. Если эта цифра составляет всего лишь 12,5% от количества всех продажных чиновников, тогда в Китае имеется еще более двух миллионов коррупционеров. В соответствии с темпами проведения расследований, при которых каждый год по всей стране под суд отдается 40–50 тысяч чиновников, чтобы расследовать и отдать под суд такое огромное количество коррупционеров, потребуется еще минимум 40 лет, не говоря уже о том, что за это время появятся новые взяточники! Из этого следует, что заявления Китая об окончательном уничтожении остатков коррупции или строгом наказании всех коррупционных чиновников звучат нереально. 

В условиях невозможности полной проверки и учета коррупционных преступлений амнистия является неутешительным выбором. В древности и современности, в Китае и других странах амнистия коррупционных чиновников имеет две формы: первая – это скрытая амнистия, вторая – публичная. Ранее применялись различные скрытые формы амнистии, такие как, например, выборочная борьба с коррупцией, когда расследовались дела тех, на кого указывала власть, а те, насчет кого власть не давала указаний, являлись помилованными; или случайный характер борьбы с коррупцией – те из коррупционеров, кто попал под расследование, тем, так сказать, не повезло, прочие же также являются помилованными.

Впоследствии практика амнистии стала открытой и прозрачной, обладающей четкими критериями и условиями, а также твердо следующей принципу равенства каждого человека перед амнистией. Вне зависимости от занимаемой должности и несмотря на принадлежность к каким-либо группировкам и фракциям, расследованию подвергают тех, кого необходимо подвергнуть, равно как и амнистируют тех, кого положено.

Поистине, хотя амнистия коррупционных чиновников не соответствует принципам социальной справедливости и не отвечает интересам народных масс, тем не менее если внедрять эту практику надлежащим образом, то возможно «превратить гниль и разложение в силу и мощь». Исходя из этого, очевидно, что практика тайной амнистии хуже открытой, поскольку скрытое помилование коррупционных чиновников становится пустым и напрасным делом, не принося никакой существенной выгоды ни стране, ни народу. Хотя открытая амнистия продажных чиновников и может навлечь дурную славу на принявших такое решение власть имущих, но если бы было возможно посредством амнистии изменить существующий порядок, а также заставить обруганные верхи осуществить это немедленно, то в будущем такой шаг непременно получил бы одобрение.

По моему мнению, суть борьбы заключается не в той коррупции, что была вчера и позавчера, а в той, что существует сегодня и будет завтра. Мыслитель времен династии Хань Сюнь Юэ писал: «Чтобы до конца быть преданным, есть три способа: первый это предупреждение, второй это удержание, третий это предостережение. То, что еще не произошло, называется предупреждением; то, что произошло, но остановлено, называется удержанием; то, что произошло и требует порицания, называется предостережением. Предупреждение во главе, следом за ним удержание, на последнем же месте предостережение». Применительно к борьбе с коррупцией эти слова означают, что предупреждение и профилактика коррупционных преступлений, которые будут совершены завтра, является определяющей стратегией, посредственной мерой является создание препятствий для коррупционных преступлений, совершенных сегодня, и, наконец, применение наказаний за преступления в сфере коррупции, совершенные вчера, есть наихудшая практика.

Поэтому суть борьбы с коррупцией в Китае заключается в переходе от практики наказаний коррупционеров к профилактике коррупционных преступлений, от паллиативных к радикальным мерам. Решения четвертого пленума ЦК КПК 18-го созыва ясно показывают, что необходимо всесторонне способствовать деятельности по управлению государством на основе законности, и, возможно, это обозначает трансформацию борьбы с коррупцией в Китае от полумер к мерам радикальным.

В этой связи реформирование политической системы означает неизбежное принятие радикальных мер, но здесь требуется плавный и постепенный переход. Поэтому делом первоочередной важности является продвижение законодательных актов, имеющих определенное значение для профилактики борьбы с коррупцией, таких как, например, система обнародования сведений об имуществе чиновников. 

Опыт многих стран и регионов уже показал, что обнародование сведений об имуществе чиновников является эффективной системой профилактики коррупции и, кроме того, показывает решительность верховной власти в борьбе с коррупцией. В 1994 году Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей 8-го созыва включил «Закон о декларации имущества и доходов» в законодательный план, однако впоследствии до законодательной процедуры дело не дошло.

В 1995 году Административный отдел ЦК КПК и Канцелярия Госсовета КНР опубликовали совместный «Порядок декларации доходов вышестоящих руководителей партийных и административных органов уездного уровня и выше». Из-за того, что все эти декларации являются внутренними документами, направляемыми должностным лицом в отдел кадров своей организации, а также ввиду нехватки эффективных механизмов проверки и контроля, этот законодательный акт остался лишь на бумаге. Начиная с 2008 года призывы с требованиями публичной декларации чиновниками своего имущества раздавались в обществе с каждым днем все сильнее, некоторые руководители также выражали необходимость тщательного изучения, а также внедрения системы обнародования сведений об имуществе чиновников, однако все это была лишь пустая болтовня.

Говорят, что руководителей больше всего волновала проблема стабильности в обществе. Если бы многочисленные чиновники обладали огромным имуществом, то предание этих реальных фактов гласности действительно могло вызвать социальные потрясения. Фактически, препятствием на пути внедрения системы обнародования сведений об имуществе чиновников стало то, что тогда в Китае количество госслужащих, имевших собственность, нецелесообразную для обнародования, было слишком велико. Однако задачей системы обнародования имущества чиновников была борьба с коррупцией, а не доказательства честности госслужащих.

Китай не мог ждать, пока все его чиновники или подавляющая их часть станут честными и справедливыми и только тогда учредить систему обнародования сведений об имуществе госслужащих. По одну сторону находились решительные требования народа, по другую – активное сопротивление чиновничества. Таким образом, принятие такой прекрасной меры по профилактике борьбы с коррупцией, как система обнародования сведений об имуществе чиновников, оказалось в тупике.

Автор полагает, что путем выхода из этого тупика может служить замена политики применения амнистии по вновь открывшимся обстоятельствам на обнародование сведений об имуществе госслужащих.

Конкретные предложения следующие: во-первых, решением Постоянного комитета ВСНП объявить приостановку расследований в отношении лиц, совершивших в прошлом коррупционные деяния, ввиду вновь открывшихся обстоятельств. Нужно лишь до определенного срока (к примеру, до 31 декабря 2015 года) предоставить правдивые данные об имуществе всех членов их семей, при этом после предоставления этих сведений государственные служащие, не совершившие новых преступлений, а также задекларированное ими имущество освобождаются от дальнейшего расследования. Во-вторых, четко претворять в жизнь систему открытой декларации имущества чиновников, позволяющей народу ознакомиться с этими сведениями через сеть Интернет. В-третьих, учредить Фонд бескорыстных госслужащих Китая для помощи нуждающимся, поощряя чиновников различных рангов перед подачей декларации о доходах жертвовать под своим настоящим именем или инкогнито излишки от своих доходов в данный фонд, не спрашивая об источниках происхождения этих пожертвований.

Учитывая тот факт, что приведенные выше предложения трудно осуществить в одночасье, автор также выдвигал план трехэтапного внедрения системы обнародования данных о доходах и имуществе чиновников. Первый этап – это добровольное декларирование, предлагается решением ЦК партии поощрить добровольное обнародование данных об имуществе семей высокопоставленных руководителей всех уровней. Комиссия по проверке дисциплины ЦК КПК может создать открытый «Сайт обнародованного имущества» и руководители, находящиеся в прямом подчинении ЦК, смогут по своему желанию осуществлять декларацию имущества своих семей прямо на данном сайте, а народные массы смогут свободно ознакомиться с этими сведениями. Вторым этапом станет выборочное декларирование. Предлагается на базе уже имеющегося декларирования имущества внутри организаций осуществлять ежегодное открытое выборочное обнародование сведений об имуществе отдельных чиновников с публикацией этих сведений на сайте. Третий этап заключается в обнародовании сведений о госслужащих, получивших повышение, это должно касаться руководителей среднего и высшего звена.

К примеру, ЦК может установить порядок, в соответствии с которым руководители от местного уровня и выше при получении повышения будут обязаны задекларировать на сайте данные об имуществе своих семей.

В ноябре 2013 года третий пленум ЦК КПК 18-го созыва четко определил необходимость добросовестного исполнения вышестоящими руководителями порядка информирования о соответствующих личных вопросах, а также развернул работу по выборочной проверке. В январе 2014 года Организационный отдел ЦК КПК издал «Методы выборочной проверки информации вышестоящих руководителей по соответствующим личным вопросам», которые инициировали проведение такой проверки по всему Китаю.

В декабре 2014 года Организационным отделом ЦК КПК был выпущено еще одно уведомление, касающееся организации работ по информированию о личных вопросах вышестоящими руководителями в 2015 году, которое, с одной стороны, увеличило процент выборочной проверки с 3–5% до 10%, а с другой стороны, утвердило порядок, при котором всякий кандидат на повышение в должности от заместителя руководителя местного уровня и выше, всякий кандидат из резерва, предполагаемый к назначению на должность от заместителя руководителя префекта и выше, равно как и переведенные на ключевые позиции кандидаты обязаны подвергаться основной выборочной проверке. Такая практика ориентирована на внедрение системы обнародования сведений об имуществе чиновников, но, конечно, в этой системе ключевым является слово «обнародование».

Как говорится, «предки сажают деревья, а потомки пользуются их тенью»; «предки вырубают леса, а потомки терпят бедствие». Мы одновременно являемся и потомками, и предками. Мы не можем и обижаться на предков, вырубивших леса и не посадивших деревья, и переложить задачу по лесопосадке на плечи потомков. Обнародование сведений об имуществе чиновников и другие меры борьбы с коррупцией касаются не только интересов современного народа Китая, но имеют отношение и к благополучию будущих поколений. В конце концов, что нам передать потомкам: серьезное заболевание в виде коррупции или систему его профилактики? На этот вопрос нам следует ответить реальными действиями.

Перевод: Георгий Аршавский

Подготовил Сергей Тюрин,
ТПП-Информ 

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.