Владимир Зубов: у России есть главное – рынок сбыта

Конец 2014 года, ознаменовавшийся резким падением курса рубля по отношению к ведущим валютам, вызвал у предпринимателей состояние, близкое к шоку. Речь идет не только о российском бизнесе. Для иностранных предпринимателей, которые уже многие годы сотрудничают с Россией, падение рубля означает сокращение заказов, срыв контрактов. О том, каким запомнят уходящий год предприниматели Псковской области, которую часто называют «воротами на Запад», мы беседуем с президентом Торгово-промышленной палаты Псковской области Владимиром Зубовым.

– Владимир Анатольевич, в последние дни произошло резкое ухудшение положения в экономике. Как воспринял бизнес Псковской области эти события?

– Реакция была разной, но в целом бизнес занял настороженную позицию. Некоторые не поняли смысла происходящего, и большинство предпринимателей уверено, что это некая спланированная акция руководства страны, которое хотело поддержать бюджет ввиду падающей нефти, но не смогло вовремя остановить процесс.

Этому есть подтверждения. К примеру, Ксения Юдаева, которая была начальником Экспертного управления Президента РФ, а затем стала первым заместителем председателя Банка России, выступая в марте 2013 года в Санкт-Петербурге на банковской конференции сообщила, что ЦБ провел стресс-тесты, которые показали, что на лаге одного года падение курса на 30% не представляет угрозы для банковской платежной системы.

Умные люди поняли, что если такие тесты проводились, то такая вероятность допускается. В той же тональности оценили ее заявление о том, что с 1 января 2015 года рубль будет отпущен в свободное плавание, а с 2014 года ЦБ начнет планомерно сокращать интервенции на валютном рынке и уходить из регулирования валютного курса. Естественно, это дало толчок к бегству от рубля. Здесь мы, однажды обжегшись на молоке, научились дуть на воду.

Сейчас ситуация такова: бизнес считает, что если вовремя не удалось остановить процессы, начатые Центробанком и Минфином, то должна быть какая-то ответственность. Ведь и жители страны, и бизнес оказались заложниками. И учетную ставку ЦБ до 17% надо было поднимать до того, как рубль полетел вниз, чтобы у всех была возможность хранить деньги на рублевых счетах под хорошие проценты, которые предлагают сейчас. Вместо этого все стали скупать доллары не для платежей, а в качестве защиты от убытков.

В государстве, которое заботится о бизнесе и своих гражданах, так поступать нельзя. Надо было бы сначала связать рублевую наличность хорошими условиями размещения на депозитах, а потом уходить из валютных интервенций.

Для бизнеса то, что произошло, – большие потери. Мы – приграничный регион, у нас более 200 совместных предприятий: 113 – с Латвией, 39 – с Эстонией, остальные – с другими странами мира. Подавляющее большинство контрактов номинированы в валюте. К примеру, наши стоматологические клиники, которые в кооперации с эстонскими коллегами делают прекрасные протезы по конкурентным ценам, теперь потеряют все рыночные преимущества. У нас невозможно представить сферу деятельности, в которой мы были бы самодостаточны.

Несмотря на то, что Торгово-промышленная палата РФ трижды отправляла в правительство предложения о принятии хотя бы концепции промышленного развития, проводился курс на сырьевую экономику. Только в прошлом году в руководстве поняли необходимость развития промышленности. Ведь это своего рода палочка-выручалочка, которая может спасти экономику в кризис. Прими мы эту концепцию пять лет назад, сегодня уже начало бы развиваться станкостроение, приборостроение, микроэлектроника.

Но, видимо, с газо-нефтяной иглы слезть так же сложно, как и с наркотической. Но это придется делать, ибо рынки нефти и газа находятся за пределами России и очень уязвимы.

Развитие промышленности должно быть краеугольным фактором российской экономики, но при нынешнем курсе говорить об этом не приходится. Сейчас главное – остановить ажиотажное бегство от рубля.

– Псковская область – приграничный регион, и бизнес здесь больше ориентирован на приграничное сотрудничество. Как это отражается на экономике региона?

– У нас в целом насчитывается 425 участников внешнеэкономической деятельности, большинство из них – члены ТПП. У нас более 450 членов палаты, им важна надежная деловая информация, консультации наших экспертов.

Но это не значит, что они зацикливаются на внешнем рынке. Они работают и на внутренний рынок. Получая сырье и комплектующие из-за границы, они выпускают товары для российского рынка. Наша особая экономическая зона «Моглино», которая создана решением правительства РФ в 2012 году, – промышленно-производственного типа. Она расположена в 50 км от границы и идеально вписывается в сложившиеся здесь условия производства. Это будет некий стартовый плацдарм, который подтянет сюда нашу молодежь, которая пока имеет мало возможностей, получив образование, вернуться обратно.

А здесь они появятся: будет создана собственная инфраструктура, по самым средним оценкам здесь возникнет свыше 4 тысяч рабочих мест.

– Какие отрасли будут в ней представлены?

– Здесь будет производство электротехники, лакокрасочных, строительных материалов, оборудования для железных дорог, сельскохозяйственного оборудования, автокомплектующих, переработка древесины. Это проекты, которые прошли региональный отбор. Теперь решение будет приниматься Министерством экономического развития РФ, это – основной инвестор ОЭЗ. Федеральный бюджет обеспечивает 90% финансирования, 10% дает региональный бюджет.

Уже создана управляющая компания, в следующем году начнется строительство. Это первая зона, в которой инвесторам будут предоставляться не готовые помещения, а площадки с инфраструктурой, которые могут застраиваться в зависимости от потребностей. Схема расположения такова, что можно сконфигурировать любое предприятие. Также там будет свой таможенный пост.

– Как развивалась промышленность области и тот бизнес, который представляет палата, в уходящем году?

– Еще в прошлом году было ясно, что 2014 год будет непростым. Поэтому бизнес не рвался штурмовать высоты, а стремился выбрать оптимальную тактику, которая заключалась либо в инвестировании в собственное развитие, либо в сохранении капитала в ожидании более сложных времен. Обе тенденции были равнозначны.

Ожидания в конечном итоге оправдались. Более того, люди верили в компетентность Торгово-промышленной палаты и остались в выигрыше. Я этому очень рад. У нас сегодня нет предприятий, которые стояли бы на грани банкротства.

Естественно, компании, которые ориентируются на экспорт, видят, что их позиции усиливаются. Те, которые занимаются импортом, уступают, но в этом году мы почувствовали растущий интерес наших партнеров из Прибалтийских государств, а также из Германии, Финляндии. Все они изучают возможности переноса сюда производства.

Ведь у нас есть главное – рынок сбыта. В Европе с ее затоваренностью сбыть продукцию сложно, тем более когда снижаются темпы производства, увольняется персонал. В это время российский рынок раскрывается и есть рыночное пространство, которое нужно заполнять.

Ведь импортозамещение силами только российских компаний обеспечить невозможно. Нет у нас того капитала, который мог бы дать мощный толчок производству. Поэтому так или иначе надо привлекать технологии, капитал из-за рубежа, переводить сюда производство, которое не подпадает под технологические запреты. В этом году около 9 компаний интересовались возможностями перевода производства, некоторые уже осуществляют свои планы.

На днях мы будем участвовать в праздновании 80-летия Латвийской торгово-промышленной палаты, и уже три латвийские компании сообщили, что хотели бы обсудить возможности переноса их производства на российскую территорию вместе с инвестициями и обучением персонала. Это – хорошая тенденция.

– Другими словами, повторяется ситуация 1998 года, когда после дефолта создались условия для инвестиций и начался устойчивый рост российской экономики?

– Девальвация рубля делает выгодным производство внутри страны. Теперь нужно снять ажиотаж на валютном рынке, ведь без адекватного курса рубля мы не сможем стимулировать инвесторов, чтобы они активно инвестировали в нашу экономику.

– А позволит ли сложившийся предпринимательский климат реализовать открывшиеся возможности с максимальной эффективностью?

– При тех гарантиях, которые дал в своем выступлении президент Владимир Путин. На втором «Форуме действий» Общероссийского народного фронта он говорил, что самое главное – не ухудшать условия развития бизнеса. Наоборот, надо идти ему навстречу, полностью искоренить «закошмаривание» бизнеса.

Наученный горьким опытом бизнес ждет, что за этими словами последуют конкретные дела, которые позволят этим словам сбыться. Это должна быть именно государственная политика. При этом основным инвестором и заказчиком для бизнеса должно стать государство.

– Насколько Псковская область способна приять иностранных производителей и обеспечить их, в частности, энергией, площадками, а также рабочей силой нужного качества?

– Что касается энергии и территории, то этого у нас в избытке. С рабочими руками сложнее, но есть хорошие учебные заведения. В частности, Псковский госуниверситет, который объединил пять ведущих учебных заведений области и филиалы общероссийских учебных заведений. Поэтому кадры мы готовить можем, причем под любые специальности. Надо только создать условия, чтобы они были востребованны. Проблема в создании рабочих мест.

Я думаю, что главным критерием грядущего периода должен стать не подсчет денег в бюджете, а количество созданных высококвалифицированных рабочих мест. Причем как в малом бизнесе, так и в крупном.

Мы также считаем, что в плане финансов Псковская область обижена, так как мы действительно являемся западными воротами России. 890 км общей границы с Евросоюзом говорят о многом.

– И не только с Евросоюзом, с Белоруссией, например. Как развивается сотрудничество с белорусскими предпринимателями?

– У нас с ними самые добрые отношения. Но сейчас из-за падения курса рубля наши белорусские соседи начали повышать цены. Говорят, что они ориентируются на доллар и им, дескать, все равно, куда продавать: в Россию, Америку или в Европу. А это уже невыгодно для нашего бизнеса. Ведь если заключены долгосрочные договоры, то белорусское сырье по новым ценам означает снижение прибыли, если вообще не теряется смысл производства.

Поэтому все ждут, на каком уровне произойдет стабилизация. Тогда появится ясность и можно будет искать путь не только для сохранения бизнеса, но и для его развития.

– Мы разговариваем в преддверии Нового года. Что вы пожелали бы бизнесу в наступающем году?

– Я пожелал бы всем сохранять самообладание и здравый смысл, не поддаваться панике. Ведь при желании мы можем обеспечить себя всем. Пример Советского Союза говорит, что надо учиться на ошибках. Несомненно, мы поднимем собственную промышленность, научимся ценить собственные научные кадры, найдем возможность платить им столько, чтобы они поднимали технологический уровень нашей промышленности, а не уезжали на Запад. Мы должны создать привлекательные рабочие места для молодых. Надеюсь, что в новом году мы сможем собраться с силами и выстоять.

Беседовал Игорь Пономарев,
ТПП-Информ