Владимир Путин: санкции заставляют работать

Российская власть предпринимает активные шаги по преодолению негативных последствий введения санкций в отношении России.

Ожидаются ли драматические изменения курса национальной валюты? Как реально отражаются санкции на российской экономике? На эти и другие актуальные вопросы отвечает президент России Владимир Путин.

Бюджет и рубль

Российский бюджет сверстан из расчета 96 долларов за баррель. Сейчас это ниже, чем 96 долларов, но я здесь никакой трагедии не вижу. Во-первых, это сейчас, и я думаю, что цена выровняется, скорректируется, тем более что в удержании ее на достаточно низкой планке – 80 долларов и ниже либо чуть выше, думаю, что никто из участников рынка, серьезных участников, не заинтересован.

Если взять «Шелл» – нефть, которая добывается в Штатах, – у них же рентабельность там под 80 долларов. Если мировые цены будут держаться на уровне 80 долларов, то все производство рухнет. У основных нефтедобывающих стран тоже бюджет посчитан где-то из расчета 80 с небольшим, под 90 долларов за баррель, тоже никто не заинтересован. Корректировки есть, они связаны с объективными обстоятельствами, прежде всего с падением объемов роста мировой экономики, потребление просто уменьшается, и запасы в Штатах увеличились.

Но посмотрим, на самом деле прогнозировать очень сложно. В любом случае, я хочу это подчеркнуть, Россия выполнит все свои социальные обязательства, российское правительство, без сомнений. Запасов прочности у нас достаточно. Может быть, нам придется что-то скорректировать в бюджете. Может быть. Может быть, даже расходы какие-то сократить. Но это точно совершенно не будет связано с сокращением социальных расходов. Правительство Российской Федерации все социальные расходы выполнит, в состоянии это сделать и без каких-либо особых потерь.

Но мы, конечно, не пойдем по пути ухудшения макроэкономических показателей экономики России. Мы не пойдем по пути какого-то резкого увеличения бюджетного дефицита.

Что касается курса национальной валюты в России. Конечно, он так или иначе связан с состоянием экономики, а российская экономика так или иначе связана с внешними рынками, с международной мировой, прежде всего торговой конъюнктурой, с ценами на нефть, на энергоносители. Цены «припали», и, соответственно, это отражается на экономике, на доходах бюджета, а значит, и на национальной валюте.

Вместе с тем хочу подчеркнуть, Россия – одна из стран с крупнейшими золотовалютными резервами. Банк России, с одной стороны, будет проводить взвешенную финансовую политику.

Это означает, что будет все-таки использовать элементы плавающего курса и не будет бездумно «палить» все свои резервы. Но резервов достаточно, для того чтобы корректировать уровень национальной валюты. Я не вижу здесь никаких драматических возможных изменений. Уверен, что с корректировкой цен на нефть будет корректироваться и курс национальной валюты, курс рубля.

Санкции и экономика

Санкции, конечно, влияют на общий фон и без того не очень крепкой мировой экономики, но они не являются решающим фактором. Решающий фактор – это все-таки общее состояние мировой экономики, которая после кризиса 2008–2009 годов, собственно говоря, так и не вышла на тренд устойчивого и эффективного развития. Ведь все эти годы эксперты говорили и продолжают говорить о том, что мировая экономика до сих пор находится в состоянии какой-то стагнации и кризиса. Поэтому ничего нового за последние годы не произошло. Не стало намного лучше. Правда, не стало и намного хуже.

Вспомните экспертные оценки трех-, четырехлетней давности. И тогда еще эксперты говорили, что подъем будет, но он будет очень маленький, спокойный, будет напоминать чем-то даже стагнацию. Так и происходит. Те, кто так говорил, оказались правы. Но все-таки я больше оптимист, чем пессимист. Я думаю, что постепенно все выровняется.

Я уже говорил о том, что в основных нефтедобывающих странах сам бюджет верстается тоже исходя из цен на нефть, по-моему, 85–90 долларов за баррель. Первое.

Второе: добыча сланцевой нефти. И понижение цен, игра на понижение цен на мировых рынках нанесет очень серьезный удар по этому виду деятельности в тех же Соединенных Штатах. Не думаю, что нефтяная отрасль Штатов в этом заинтересована. Посмотрим, как будут развиваться события.

Я думаю, что корректировка наступит, причем в сторону улучшения ситуации. Были случаи, когда падали цены на нефть и больше, падение было глубже, но будем исходить из этого. Мы будем тогда использовать наши резервы, у Банка России свыше 400 миллиардов, у Правительства России два резервных фонда под 100 миллиардов долларов каждый. Поэтому в принципе мы чувствуем себя уверенно, все равно мировая экономика будет расти, а это означает, что так или иначе потребность в энергоресурсах будет увеличиваться.

И, наконец, все-таки самое главное. Ведь дело в том, что эти санкции, о которых мы говорим, они, конечно, с одной стороны, на нас влияют негативно, имея в виду, что, допустим, рынки акрываются для финансовых учреждений и так далее. А с другой стороны, это заставляет работать. Если что-то крайне нужно в сфере высоких технологий, а купить нельзя, придется сделать самим, и Россия может это сделать.

Россия может сделать практически все, но нужно инвестировать, нужно развивать соответствующие отрасли фундаментальных знаний, прикладной науки и производства. И я вас уверяю, я наблюдаю, что именно это и происходит, так что это обратная сторона, «положительная сторона» медали, которая называется «санкции», – заявил Владимир Путин по итогам делового визита в Милан.

Кремлин.ру