Погода

Современные китайцы о России и россиянах

25 августа 2015 г.

Несмотря на стремительное развитие отношений стратегического партнерства между Россией и Китаем, оценки экспертами причин такого тесного сотрудничества расходятся: одни считают всестороннее сближение двух стран неизбежным явлением, вызванным и общим прошлым, и общими интересами; другие же, соглашаясь с необходимостью данного союза, все же рассматривают его как временный, полагая, что основным стимулом его возникновения является желание обоих государств противостоять мировой гегемонии США.
В любом случае, прежде чем достичь нынешнего беспрецедентно высокого уровня развития, российско-китайские (а ранее советско-китайские) взаимоотношения прошли непростой путь. А как современные китайцы относятся к России и россиянам? Учитывая особый статус Китая не только как нашего самого крупного экономического партнера, но и как ближайшего внешнеполитического союзника России в условиях ее напряженных отношений с США и ЕС, данные вопросы представляются более чем актуальными.

Прежде всего стоит отметить, что относительно недавнее общее социалистическое прошлое Китая и России вызывает у многих, особенно пожилых, китайцев совершенно определенные, преимущественно положительные ассоциации, связанные с нашей страной. В 50-х и начале 60-х годов прошлого века Советский Союз был для Китая «старшим братом», с СССР брали пример, советские специалисты помогали в строительстве молодого социалистического государства, в китайских школах и вузах основным иностранным языком для изучения был русский язык. Китайцы читали книги советских авторов, пели песни советских композиторов. В представлении китайцев тех лет Советский Союз был практически идеальным обществом. «СССР сегодня – это Китай завтра» – так тогда говорили в КНР.

В настоящее время вышедшие на пенсию старые кадры Китая составляют большинство в посещающих Россию многочисленных туристических группах, именно они в первую очередь стремятся побывать на Красной площади и на могиле Неизвестного солдата – их неизменно притягивают те символы советской эпохи, на фоне которых прошла их молодость. И даже прошагавшая под «Катюшу» по Красной площади во время московского парада Победы этого года и до слез растрогавшая множество китайцев рота китайского почетного караула также является, как пишет журналист сингапурской газеты «Ляньхэ Цзаобао» Би Чжибай, и выражением, и продолжением любви Китая к советскому периоду истории.

Тем не менее сегодня ни СССР, ни Россия уже не рассматриваются Китаем в качестве модели для подражания или «старшего брата» – времена изменились, а на смену старым пришли новые ценности. Так, к примеру, русский язык из китайских средних школ вытеснили английский и японский языки, а китайская элита и коммерческие круги предпочитают направлять своих детей на учебу в США и Европу.

Надо признать, что «младший брат» за поразительно короткий период времени сильно вырос, заставив не только восхищаться своими достижениями, но и изучать их. Сегодня, скорее, можно говорить о превалировании национальных ценностей в современном Китае – испытывая гордость за успехи своей страны в экономике, внешней политике и других сферах, китайцы хотят видеть их причины в том числе в древней китайской истории и богатой культуре. Многие из них считают свой народ прямым наследником и продолжателем традиций Поднебесной империи и так или иначе стремятся подчеркнуть уникальность историко-культурного опыта Китая, отличающую его от других стран и народов и позволившую достичь такого уровня развития.

В этой связи следует подчеркнуть, что если одна часть китайского народа питает к россиянам и России искреннюю симпатию, основанную в том числе на воспоминаниях о советском прошлом, то у другой его части отношение прямо противоположное. Эта часть китайского общества полагает, как пишет Би Чжибай, что за период новой и новейшей истории ни одна страна так не навредила Китаю, как Россия, – еще во времена последней императорской династии Цин (1644–1912), когда происходил захват и раздел китайских земель различными иностранными державами, больше всего территорий было захвачено царской Россией. Для Китайской Республики (1912–1949) наиболее болезненной оказалась потеря Монголии, бывшей автономией в составе Китая и ставшей независимой в 1924 году благодаря усилиям Советского Союза, который угрозами и подкупом заставил китайское правительство отказаться от дальнейших претензий на эту территорию. Да и впоследствии, уже после образования в 1949 году Китайской Народной Республики, «русский медведь неоднократно вонзал нож в спину Китая», чего до сих пор не могут забыть и простить патриотично настроенные китайские круги.

Говоря о современности, отдельного внимания заслуживает восприятие России и россиян китайцами, пребывающими в нашей стране: их впечатление формируется не через призму событий двухсотлетней давности или советских идеалов и коммунистической символики, а исходя из сугубо жизненных и практических российских реалий. В своем блоге в Интернете Ван Сяньцзюй (в прошлом корреспондент агентства Синьхуа, газет «Циньнянь бао», «Гуанмин Жибао» в России, а ныне заместитель директора Института Евразии Центра исследований и развития Госсовета КНР) приводит следующее высказывание обычного китайского гражданина, оказавшегося в России: «Если на улицах российского города мало людей, то меня это настораживает, если людей много – я волнуюсь; если не видно полиции, то меня это беспокоит, но как только она появляется – я боюсь еще больше».

Вообще, по словам Ван Сяньцзюя, у китайцев, отправляющихся в Россию в туристическую или деловую поездку, присутствуют так называемые «три страха» – это полиция, пограничный контроль и « бритоголовые» (скинхеды). От китайцев, побывавших или поживших в России, и сегодня можно услышать массу историй о том, как в аэропорту прибытия пограничники без каких-либо объяснений не пропускали их через границу даже при наличии в паспорте российской визы, как на улицах они сталкивались с вымогательством взяток со стороны российских полицейских, как опасно было даже в дневное время находиться в тех или иных городских районах в связи с угрозой жизни и здоровью со стороны многочисленных банд «бритоголовых». При этом несмотря на то, что постоянно живущие в настоящее время в России китайцы однозначно отмечают значительные положительные результаты работы, проведенной правительственными и правоохранительными органами по повышению безопасности и оздоровлению обстановки в российских городах, эти «три страха», к сожалению, до сих пор все еще стойко сидят в сознании большинства китайцев.

Нельзя не упомянуть и появление нового символа, с которым во многом стала ассоциироваться Россия у современного Китая в последние годы, – личность президента РФ В.В. Путина вызывает устойчивый интерес практически у всего китайского общества.

В частности, китайский эксперт по России Фан Лян в своей статье «Почему китайцы любят Путина больше россиян» отмечает, что в глазах китайского народа российский президент уже не является просто лидером другого государства. Для многих китайцев он стал реальным отражением их представлений об идеальном государственном и политическом деятеле. В Путине китайцев восхищает его сила и авторитет, при этом своими корнями такое восхищение уходит в китайскую традиционную культуру, являясь воплощением формулы «преклонения перед правителем и взывания к сильной личности», что также может служить одним из проявлений приверженности современного Китая национальным ценностям, о которых мы говорили выше.

В целом же статистические данные об отношении современных китайцев к России и россиянам выглядят более-менее оптимистичными. Ван Сяньцзюй в своем блоге приводит цифры опроса, проведенного журналом «Элосы чжунъя дунъоу яньцзю» («Проблемы России, Средней Азии и Восточной Европы»):

36,47% китайцев считает Россию «дружественной», а 6,24% «очень дружественной» Китаю страной; «обычной» для Китая страной назвало Россию большинство китайского народа – 46,9%; и, наконец, «недружественной» и «враждебной» Россию считает самая малая часть китайского общества – 4,1% и 1,75% соответственно.

Однако несмотря на значительную цифру китайского населения, считающую отношения с нашей страной дружескими, многие в китайском обществе полагают, что будучи стратегическим партнером Китая, Россия тем не менее не хочет полностью открыться перед ним. Так, отмечая отдельное резкое увеличение объема российско-китайской торговли в 2014 году, ряд китайских обозревателей считает, что в целом торговые отношения между двумя странами все еще находятся на низком уровне. Причина этого заключается не в нежелании россиян вести бизнес с Китаем, а из-за их серьезных опасений, что с началом масштабной торговли в Россию хлынет огромный поток китайцев, которые мирным путем попросту оккупируют российские территории. При этом подобное отношение Россия демонстрирует и во внешней политике: с одной стороны, она говорит о союзе с Китаем, с другой – разрабатывает планы и меры предосторожности против него.

По мнению некоторых китайских журналистов и блогеров, исходя из такой российской политики, можно предвидеть, что как только США перестанут представлять угрозу для обоих государств, то из стратегических партнеров Россия и Китай неизбежно превратятся в стратегических противников. ..

В настоящее время Китай, следуя ранее наметившейся тенденции, конечно, остается близким партнером России, однако он не может не опасаться российских тайных стратегических замыслов. Поэтому Китаю необходимо, во-первых, поддерживать с Россией военный баланс сил, а во-вторых, обеспечить отношения стратегического партнерства с Индией и Вьетнамом. И, наконец, как считают китайские эксперты, самым важным средством для защиты от возможных негативных акций со стороны России в будущем является выстраивание трехсторонних китайско-российско-американских стратегических отношений, призванных уравновешивать силы друг друга.

Итак, как можно видеть, сегодня у китайцев нет однозначного отношения к нашей стране. Лучше всего эту неоднозначность выразил известный ученый-русист профессор Пекинского университета Жэнь Гуансюань: «...Если вы любите кого-то, то отправьте его в Россию; если же вы кого-то ненавидите, отправьте его туда же».

Поэтому очевидно, что даже при современном уровне отношений стратегического партнерства и России, и Китаю имеет смысл продолжать движение навстречу друг другу – нам, видимо, стоит прислушаться к мнению китайских коллег и в будущем быть более открытыми по отношению к своим партнерам, а Китаю осознать, что именно сильная Россия отвечает его интересам. Иными словами, вероятно, российско-китайским отношениям недостает практики взаимных компромиссов и уступок, а ведь именно на них, к слову сказать, в соответствии с понятиями китайской традиционной культуры возможно построение гармонии.