Погода

Дебаты у постели умирающей

18 марта 2016 г.

В начале марта на съезде Торгово-промышленной палаты РФ президент страны Владимир Путин признался, что между его советниками и членами министерств идет острая дискуссия об экономической политике России. Последнее слово в споре либеральных чиновников и сторонников независимой экономической политики не сказано. Между тем большинство экспертов говорят: экономика при смерти, а применяемые методы лечения загоняют ее в гроб.

Думе – время, министру – час

Министр экономического развития Алексей Улюкаев 16 марта в рамках «правительственного часа» в Государственной Думе говорил об окончательном проекте антикризисного плана правительства. Речь шла в основном о достижениях по формуле «могло быть и хуже».

Итак, что у нас хорошего? Перечислим отмеченные в Минэкономразвития позитивные тенденции в экономике России без комментариев. Падение цен на нефть сказалось на состоянии экономики не катастрофично. Инфляция по итогам января-февраля 2016-го резко снизилась. По железным дорогам прошло на 2% больше грузов, стало больше и электроэнергии, и товарооборота. В 6 раз сократился вывоз капиталов за рубеж. Спад потребительского спроса тоже уменьшился по сравнению с прошлым годом (хотя, конечно, спрос все равно падает). Действия правительства поддерживают социальную сферу, ограничивают безработицу, стимулируют экспорт, помогают региональным бюджетам, меняют структуру экономики в сторону независимости от внешних факторов.

В результате всего этого, по словам министра, ВВП наш начнет расти уже во втором квартале 2016-го, а в 2017-м вырастет процента на 1,5-2 (сейчас – минус 3 процента).

Подпортила впечатление зампред Счетной палаты Вера Чистова, сказав, что у закона о стратегическом планировании нет нормативной документации, которую должно было разработать Минэкономразвития. А это, мол, не позволяет местным органам власти подстраиваться под решение стратегических задач при формировании своих бюджетов. Кроме того, крупная часть двух триллионов рублей, выделенных на инвестиции в реальный сектор, похоронена во множестве долгостроев. 260 строек включены в федеральные инвестпрограммы без проектно-сметной документации, то есть незаконно. Еще министерство теряет из виду миллиарды на строительство за рубежом и финансирование гособоронзаказа, считает зампред СП.

Ставка, несовместимая с жизнью

Вообще-то, если послушать правительственных чиновников и всех остальных, говорящих об одном и том же, создается впечатление, что министры и эксперты живут в разных измерениях. «В условиях стабильно низких цен на нефть, в условиях международных санкций особое значение сегодня приобретает рост производства собственных товаров, а также средств производства. Ключевую роль в этом должно играть Министерство экономического развития. На наш взгляд, сегодня Министерство экономического развития не вполне справляется с теми задачами, которые поставил президент», — сказал первый замглавы фракции «Единая Россия» в Госдуме Мартин Шаккум еще до выступления главы МЭР.

Говоря о снижении нагрузки на бизнес, необходимом для роста производства, глава Министерства экономического развития пояснил, что в рамках исполнения поручения президента налоговые платежи не растут. Но между тем неналоговые платежи все равно увеличиваются. При этом фискальная нагрузка в целом показывает прирост, добавил министр. Депутаты обратили внимание Алексея Улюкаева на то, что специалисты Торгово-промышленной палаты России обнародовали информацию, в которой сообщается, что помимо основных налогов в России действует порядка 50 неналоговых платежей, которые серьезно усиливают нагрузку на бизнес. Согласно оценкам экспертов, данная нагрузка может перешагнуть через 1 процент ВВП страны.

Заместитель председателя Комитета ГД по вопросам собственности Владимир Афонский, подчеркивая важность снижения кредитной ставки для выздоровления экономики, спросил министра: «Когда наконец-то будут снижены ставки по кредитам для среднего и малого бизнеса? Мы много об этом говорим, но, к сожалению, результата пока не видим. Когда, Алексей Валентинович, бизнес получит доступные кредиты для развития?».

«Доступность кредита зависит прежде всего от ставки, – просветил депутата глава Минэкономразвития, – потому что объемов кредитов, которые есть у банков, вполне достаточно для того, чтобы прирастить кредитный портфель. Заемщикам невыгодно брать кредиты на этих условиях – при ключевой ставке 11%». Министр признался, что «по разным причинам» реализация программы льготного рефинансирования затянулась — только в конце прошлого года в эту программу вошел первый банк.

«Сегодня инфляция 7,9% (в годовом выражении), а ожидаемая инфляция даже немножко меньше, в районе 7% у большинства аналитиков, на конец года. Это означает, что существует большой простор для снижения ставки. Как это будет происходить – одномоментно, растянуто, каким шагом – это компетенция Банка России. Но то, что такая возможность очевидна, на мой взгляд, это факт, – сказал министр после своего выступления в Госдуме. – Возможности для однозначной ставки, безусловно, есть. А относительно сроков и процедур я остерегусь говорить», – добавил Алексей Улюкаев. То есть ставку в ближайшее время понижать не планируют.

Предпринимателям остается надеяться разве что на Федеральную корпорацию по развитию малого и среднего предпринимательства (корпорация МСП). В начале марта на совещании с участием первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова подведены первые итоги ее работы. «Бизнес ждет доступа к финансовым ресурсам», – сформулировал запрос предпринимателей глава Торгово-промышленной палаты РФ Сергей Катырин. Запросы некрупных компаний на финансирование их высокотехнологичных и импортозамещающих проектов корпорация Александра Бравермана обещает удовлетворить за счет удвоения почти исчерпанного лимита льготной «Программы 6,5%» с 50 млрд до 100 млрд рублей и упрощения процесса выдачи гарантий под банковские кредиты.

По «Программе 6,5%» вместе с уполномоченными банками корпорация МСП получает рефинансирование ЦБ по ставке 6,5% и затем кредитует малый бизнес под 11% годовых, средний — под 10%. Размер кредитов по программе — от 50 млн до 1 млрд рублей. Рассчитывать на такие льготные займы могут только компании с высокотехнологичными и импортозамещающими проектами.

Доступные кредиты? Иди ты

Но в целом, конечно, 100 млрд для нашей экономики – это все равно что мертвому припарка. Проблема в том, что в экономике: а) просто нет денег и речь идет совсем о других суммах; б) кредиты взять под производство чего бы то ни было запретительно трудно из-за высокой ставки.

Главную претензию радикальных критиков Центробанка, эту ставку определяющего, озвучивает руководитель Центра научной политической мысли и идеологии Степан Сулакшин: «По Конституции ЦБ отвечает исключительно за обеспечение устойчивости курса рубля, то есть за финансовую стабильность. При этом мы видим, что для ЦБ определен удивительный статус – свои решения он принимает независимо от других органов власти, от всех министерств. Следовательно, вопросы экономического и социального развития выведены из поля ответственности Банка России. Более всего он напоминает коммерческий банк по экспортным операциям, хотя от его действий зависит, по сути, будущее всей страны. Закон о ЦБ также гласит, что он разрабатывает и проводит кредитно-денежную политику совместно с правительством. Вопрос – так все-таки независимо от других органов госвласти или во взаимодействии с ними? Голоса предпринимателей, общественности и научно-экспертных кругов в условиях неопределенности могут оказаться значимым фактором в этой дискуссии», – отмечает эксперт.

«Необходимо обратить внимание на весьма удачный, хотя очень редкий для России опыт, – подает голос президент Strategy Partners Group Александр Идрисов. – Всего лишь год назад был создан Фонд поддержки промышленности, который в течение года профинансировал более 50 проектов средних промышленных предприятий из различных отраслей. Этому институту в короткие сроки удалось создать неплохую экспертизу и сформировать весьма качественный портфель проектов. Безусловно, результаты деятельности фонда будут видны через несколько лет. Но сотни заявок от российских предпринимателей показывают, что спрос на такую поддержку очень высок. Проблема в том, что 20 миллиардов рублей — совершенно ничтожная цифра для масштабов экономики. Возможно, имеет смысл просто расширить мандат и бюджет существующих институтов, доказавших свою эффективность».

Точно так же считает и президент ТПП РФ Сергей Катырин. «Чтобы создать условия, которые были привлекательны для инвесторов, необходимо именно вкладываться в промышленность. Потому что это самая большая проблема для нас — диверсификация экономики. Благодаря фонду появились инвесторы – именно в промышленности. У нас появились и проекты в станкостроении, у нас появились станки, в том числе и уникальные станки, которые за последние годы как бы исчезли с нашего рынка, с производства по крайней мере. Проектов поступило на 446 миллиардов рублей. То есть больше чем в 20 раз превышающую сумму самого фонда. Профинансировано 74 проекта из 38 регионов. Должен сказать, что 15 из этих проектов – это проекты, отобранные системой Торгово-промышленной палаты», — сообщает Сергей Катырин.