Тематический дневник

Энергетика: курс на энергоэффективность

27 ноября 2015 г.

День энергетика, отмечаемый в декабре, у нас по традиции принято встречать рапортами о добытых нефти и газе, поднятом на гора угле и рассказами о том, что на наших органических ископаемых держится весь российский бюджет. Пожалуй, последнее утверждение слышать приходилось чаще всего. Однако сейчас, в связи с падением цен на энергоносители, ситуация несколько изменилась. Хотя нефть и газ по-прежнему остаются категориями бюджетообразующими, теперь сами энергетики говорят не столько об увеличении их добычи, сколько об энергоэффективности.

Вице-премьер Аркадий Дворкович признал, что в этом году мы еще раз можем констатировать, что долгое время нам предстоит жить в условиях жестких бюджетных ограничений. Причем распространяются они на все уровни: от государства до корпоративного сектора, включая и энергетический сектор. Относительно низкие цены на нефть также будут сохраняться долгое время. Конечно, в отдельные периоды можно будет наблюдать их подъем и падение, но никто из серьезных аналитиков не ожидает возвращения на прежние уровни. И на этом фоне с учетом нашей зависимости от доходов ТЭК мы должны, нет, мы просто обязаны сделать акцент на энергоэффективности во всех ее проявлениях. Начиная от энергоэффективности в самом топливно-энергетическом комплексе до энергоэффективности в отраслях, которые являются основными потребителями энергетических ресурсов.

У правительства в этой связи есть ряд стратегических приоритетов. Речь идет не о реалистичности того или иного сценария, а о том, какой сценарий мы для себя задаем. И по какому сценарию намерены следовать, какой сценарий мы будем реализовывать.

Первое – это формирование эффективных энергетических рынков, построение такой модели их развития, которая способствовала бы формированию правильных ориентиров для компаний и для людей. О чем идет речь? О том, что мы намерены целенаправленными действиями сохранять достигнутый уровень добычи нашего основного ресурса – нефти. Это сделать можно, только внедряя новые технологии и используя самые современные методы и подходы ее добычи. Кстати, сделать это в условиях санкций, одной из целей которых стало стремление перекрыть российским компаниям доступ к современным технологиям и оборудованию, совсем непросто. Поэтому государство со своей стороны должно эти действия стимулировать предоставлением целевых льгот тем, кто применяет соответствующие методы. Пока эта система выстроена не до конца, не в полной мере. Тем не менее ее основные элементы уже работают, и результат мы видим: последние годы добыча не снижалась, вопреки прогнозам, а продолжала расти.

Конечно, риски есть. И в правительстве их постоянно обсуждают. Тем не менее у нас есть четкие планы, как стабилизировать добычу и позволить компаниям эффективно использовать свои ресурсы.

Вторая часть – это электроэнергетика. Здесь есть три элемента. Первый из них - это собственно рынок электроэнергии, который мы уже в целом сформировали и сейчас наносятся завершающие штрихи. Имеется в виду долгосрочный отбор мощности, который будет проведен до конца года, и по сути на значительный будущий период мы можем забыть о том, что необходимы какие-то серьезные меры по дальнейшему изменению регулирования этого рынка.

Второй — теплоэнергетика. Здесь формируется модель альтернативной котельной. Этот процесс еще не завершен, и следующий год нам предстоит этому посвятить.

И, наконец, сетевой комплекс, где мы только начинаем работать.

При этом в использовании электроэнергии, как и других энергетических ресурсов, акцент делается на повышении эффективности работы тех структур, на которые правительство может повлиять прямым и непосредственным образом. Это бюджетные учреждения, бюджетные организации и компании с государственным участием. Принят ряд решений либо подготовлены проекты нормативных актов, которые задают четкие ориентиры по снижению удельного потребления энергетических ресурсов, внедрению интеллектуальных систем учета. И регионы, которые этот путь выбрали раньше и пошли по нему, уже добиваются хороших результатов.

Однако есть на этом пути и препятствия. Убеждения звучат особенно веско, когда они подкрепляются некими стимулирующими действиями финансового характера. Бюджетные особенности этого года и будущего сильно ограничивают использование такого весьма действенного инструмента. Правительство в этом смысле надеется на регионы. Трудно, правда, предположить, что в большинстве из них финансовая ситуация значительно лучше, чем в целом по стране. Но, как считает Аркадий Дворкович, регионы, которые реально думают об энергоэффективности, покажут пример остальным, а правительство в конечном счете найдет какие-то ресурсы и на федеральном уровне.

Неплохие перспективы для повышения энергоэффективности и в корпоративном секторе. Здесь процесс подкрепляется конкретным снижением расходов и себестоимости продукции.

И у нас уже есть компании-лидеры, чьи показатели неплохо выглядят даже на общемировом фоне. Так, Аэрофлот, соревнуясь с двадцатью крупнейшими международными компаниями в энергоэффективности трансатлантических перелетов, занял почетное пятое место.
И если российские компании в самых разных секторах выйдут на передовые позиции в мире, это станет доказательством правильности нашей политики.

Один из инструментов, которые правительство готово применять, – это наилучшие доступные технологии. Первые десять справочников по ним выйдут еще в этом году. Есть все основания полагать, что такие технологии позволят существенно повысить эффективность использования энергоресурсов в стране.

Если суммировать, то политика энергоэффективности должна охватывать все сферы. Речь идет не столько (хоть, конечно, и это важно) о пресловутых лампочках, над которыми все шутили несколько лет тому назад, когда эта работа только начиналась, а о тех стратегических секторах, которые являются основными потребителями энергетических ресурсов и где можно добиться существенных результатов. Это наш основной сценарий.

И не только наш. По сообщению министра энергетики Александра Новака, в итоговых документах последней встречи в формате G-20 впервые появились два параграфа, касающихся энергетики. Если раньше там обсуждали только финансовые вопросы, то сегодня лидеры ведущих мировых государств поручили своим профильным министрам подготовить соответствующие предложения в итоговое коммюнике. Одно из них предусматривает доступ к энергии всем проживающим на планете. А второе касается именно энергоэффективности и внедрения возобновляемых источников энергии.

МНЕНИЯ

Аркадий Дворкович, заместитель председателя правительства РФ:
– Разговор о возобновляемых источниках энергии ни в коей мере не является антироссийским. У нас почти 20 процентов возобновляемой энергии. Потому что у нас очень высокая доля гидроэнергетики – около 18 процентов. Примерно 1 процент других возобновляемых источников. Большая доля атомной энергетики, которая формально не причисляется к возобновляемым, но это не ископаемое топливо. То есть около 40 процентов российской энергетики не связано с ископаемым топливом. Наверное, мы сможем выйти и на 50 процентов, но это долгосрочная задача. И мы этим занимаемся. У нас заработал механизм специальных конкурсов на получение зеленого тарифа для возобновляемых источников энергии. В этом году будет еще один раунд этого конкурса, и доля солнечной и ветровой энергетики и биомассы увеличится в целом с одного процента до трех процентов в ближайшие годы.

Герман Греф, президент, председатель правления ПАО «Сбербанк»:
– Нужно все больше и больше открывать рынки и демонополизировать их. Пока у нас сектор энергетики монополизирован, очень тяжело будет в этот сектор запускать новых игроков, которые могут принести новые технологии. Я не говорю про газ. Там все понятно. Даже сектор нефтедобычи в нашей стране очень сильно монополизирован. Первые пять нефтяных компаний в России производят 80 процентов нефти. Конечно, критически важно эту сферу и поддерживать, и демонополизировать.

Сергей Собянин, мэр Москвы:
– До тех пор, пока бюджетный сектор финансировался по смете, ему было все равно, сколько потреблять электроэнергии, воды, тепла. Там ничего не происходило, несмотря на все попытки учредителя сдвинуть каким-то образом эту ситуацию с мертвой точки. Как только бюджетный сектор перешел на государственное задание и нормативное финансирование, уже ничего не нужно было предпринимать. Снизу пошла инициатива по установлению контрольно-измерительных приборов, внедрения энергоэффективности и т. п. И мы видим, как из года в год семимильными шагами идет увеличение энергоэффективности бюджетного сектора.

Александр Новак, министр энергетики России:
– Можно говорить о том, что целенаправленную политику по повышению энергоэффективности Россия проводит в течение последнего десятилетия. Если оценивать ее промежуточные результаты, то мы ожидаем, что в 2015 году по отношению к 2007 году удастся снизить энергоемкость нашей экономики примерно на 9 процентов.