Российский атомпром под тенью Фукусимы

Прошлогодняя авария на японской АЭС «Фукусима-2» вновь выдвинула вопросы безопасности в число первостепенных. Минувшим летом не было нехватки экспертов, предвещавших закат атомной энергетики. Ряд стран – Германия, Швейцария – приняли решение отказаться от АЭС. Однако мир не стал отказываться от энергии атома. В минувшем году в мире были пущены 10 новых АЭС, началось сооружение пяти новых станций.

Глава Росатома Сергей Кириенко считает, что «у мира нет альтернативы атомной энергетике». По его мнению, к 2030 году в мире произойдет удвоение мощности АЭС, то есть нужно будет построить 400–450 новых блоков.

С просьбой рассказать о положении в атомной энергетике и перспективах ее развития корреспондент ТПП-Информ обратился к бывшему замминистра атомной энергетики, первому заместителю генерального директора Института проблем естественных монополий, доктору технических наук Булату Нигматуллину.

– Булат Искандерович, как развивалась отрасль в последние годы?

– Хочу напомнить, что с 1981 по 1990 год в СССР построено 28 атомных энергоблоков суммарной мощностью 23,3 ГВт. Помимо этого за рубежом – еще 10 блоков суммарной мощностью около 5,5 ГВт. В постсоветское время за период с 2002 по 2011 год в России новых энергоблоков не возводилось, были достроены 3 блока, за рубежом были возведены 2 блока в Китае и достроен один в Иране.

С 1998 по 2002 год произошла заметная активизация и оздоровление отрасли. На 35% увеличилась выработка электроэнергии, существенно улучшились показатели безопасности работы АЭС, достроен и сдан в промышленную эксплуатацию блок № 1 на Ростовской АЭС, продлен срок эксплуатации энергоблока № 3 Новоронежской АЭС, выполнена глубокая реконструкция энергоблока № 1 Курской АЭС, активизировалась достройка блока № 3 Калининской АЭС и блока № 5 Курской АЭС. Была начата практическая разработка перспективного проекта ВВЭР-1500, сочетающего наивысший расчетный уровень безопасности с принципиально улучшенными технико-экономическими показателями.

Наконец, в концерне «Росэнергоатом» была разработана и внедрена система генеральной инспекции по надзору за безопасностью АЭС, независимой от руководства АЭС, что позволило существенно улучшить показатели безопасности. Были подписаны контракты на сооружение АЭС в Иране, Китае, Индии, и успешно начато их исполнение, что позволило сохранить атомное энергетическое машиностроение после дефолта 1998 года.

– Как вы относитесь к планам Росатома перейти к 2030 году к массовому сооружению энергоблоков с реакторами четвертого поколения на быстрых нейтронах (БН)?

– Это утопия. Сегодня даже отцы-основатели этого направления с большим сомнением и осторожностью относятся к перспективам их коммерческого использования.

Кроме того, из соображений нераспространения ядерного оружия их нельзя продать никому, кроме ядерных держав. Обещанный контракт с Китаем на два БН-800 уже отошел за горизонт, так как отсутствует технология замкнутого ядерного топливного цикла, а без него этот проект Китаю не нужен.

Основное достоинство быстрых реакторов – возможность воспроизводства топлива и экономия природного урана. Но до сих пор открытым остается вопрос: при какой цене природного урана это будет экономически целесообразно. Для России с ее огромными запасами газа, угля и нефти это абсолютно неактуально. Имеется множество нерешенных проблем. Одна только эксплуатация реактора с натриевым теплоносителем – более сложная и дорогостоящая задача, да и утечка натрия – это не утечка воды.

Атомной энергетике России еще предстоит доказать свою конкурентоспособность с учетом улучшенных проектов АЭС с реакторами PWR и BWR, которые производятся в Южной Корее, Китае, США, Франции и Японии, а также на внутреннем рынке – по сравнению с реконструкцией и новым строительством парогазовых установок и угольных энергоблоков на сверхкритических и суперкритических параметрах.

Мы упустили лидерство в области парогазовых технологий. Тем временем немцы, американцы и французы разработали газовые турбины большой мощности, а сегодня проектируют 400–500-мегаваттные турбины и строят эффективные парогазовые тепловые энергоблоки. А мы вынуждены их покупать, ибо сегодня даже флагман отечественного турбостроения оказался неспособен изготовить газовую турбину 280 МВт даже по лицензии.

– Оправдано ли форсированное развитие атомной энергетики в России при сегодняшнем уровне стоимости строительства АЭС?

– Главным фактором, влияющим на стоимость строительства, является удлинение сроков. Так, увеличение срока строительства на 1 год влечет за собой рост стоимости строительства минимум на 10%.

Теперь проанализируем данные о строительстве энергоблоков по новым проектам АЭС-2006. Ленинградская АЭС-2: 2 блока мощностью по 1170 МВт каждый, начало строительства первого блока – 2007 год, второго – 2009 год, завершение строительства планируется в 2013 и 2015 годах соответственно. Заявленная цена первого блока ЛАЭС-2 – 143,4 млрд рублей, второго – 99,5 млрд рублей, суммарно – 242,9 млрд рублей. Сроки завершения строительства сдвигаются минимум на 2 года, в силу чего стоимость увеличится не менее чем на 20%, то есть достигнет 290 млрд рублей, или 4050 долларов за установленный киловатт.

Та же история с Нововоронежской АЭС-2: из-за сдвига на 3 года суммарная стоимость приблизится к 275 млрд рублей, то есть к 3800 долларам за установленный киловатт.

Отдельный вопрос – реактор на быстрых нейтронах БН-800 на Белоярской АЭС. План сдачи четвертого блока – 2014 год, плановая стоимость – 135,4 млрд рублей. Но с учетом сегодняшних темпов удорожания строительства выйдут на 160 млрд рублей, или 6500 долларов за установленный киловатт.

Сопоставление стоимости 1 кВт установленной мощности энергоблока БН-800 с несерийной активной зоной и нового проекта ВВЭР-1200 показывает, что в первом случае она в 1,6-1,7 раз выше. То же самое было в советское время, когда строили БН-600. Чуда не произошло: удорожание энергоблока БН по сравнению с ВВЭР сохранилось прежним.

– Росатом наметил до 2030 года построить еще 36 блоков, из них до 2020 года – 14 блоков общей мощностью 16,8 ГВт. Нужно ли такое количество энергоблоков стране к этим срокам?

– Однозначно нет. Во-первых, такое количество не нужно, во-вторых – их невозможно построить. Модернизация в различных отраслях экономики предусматривает повышение электроэффективности производства. С учетом этого к 2020 году электропотребление увеличится максимум на 15%, а к 2030-му – еще не более 10%, т. е. всего максимум на 280 млрд кВт·ч. За последние 20 лет наша страна пережила 3 кризиса. И если учитывать возможные кризисы в будущем и значительные периоды стагнации в экономике, эти цифры будут еще ниже. Это не совпадает с завышенными прогнозами Минэнерго и Росатома. В них по-прежнему содержится прогноз электропотребления 1300 млрд кВт·ч к 2020 году и 1500 млрд кВт·ч – к 2030-му. Под них и принята завышенная программа строительства новых мощностей.

Татьяна Марканова,
ТПП-Информ

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.