Какое будущее ждет деловую пятерку БРИКС?

Когда БРИКС только создавался, очень многие эксперты считали это сообщество нежизнеспособным, называли его «о бъединением на бумаге» : слишком разные наши экономики, слишком разные у нас цели и задачи, дальше деклараций и намерений ничего не пойдет, полагали эксперты-скептики. Но действительность оказалась несколько иной. Меньше чем за десять лет сотрудничество в рамках БРИКС набрало значительные обороты. К изначальным Бразилии, России, Индии и Китаю присоединилась ЮАР. О своем намерении присоединиться к пятерке заявила Аргентина. В прошлом году был создан Деловой совет БРИКС, а в этом году на нынешнем саммите в Форталезе обретет свою жизнь и банк развития БРИКС.
По мнению Goldman Sachs, к 2050 году суммарно экономики стран группы по размеру превысят суммарный размер экономик самых богатых стран мира (Большой семерки).
Своим мнением о том, какое будущее ждет деловую пятерку БРИКС, с нами поделился вице-президент Торгово-промышленной палаты России Георгий Петров.

– Георгий Георгиевич, как, на Ваш взгляд, будут развиваться наши отношения в рамках БРИКС, какое будущее у этой организации?

– Пожалуй, самое главное, что объединяет государства БРИКС, – это общее понимание глобальных проблем, которые стоят перед мировой экономикой. И это не просто совпадающее, а порой абсолютно одинаковое понимание того, как решать эти новые вызовы и угрозы, стоящие перед глобальной экономикой в целом, а их немало. Это на самом деле очень серьезный фундамент для построения если не организации, то диалогового партнерства, которое будет иметь очень прочную базу. Не случайно на прошлогоднем саммите в Дурбане лидеры пятерки приняли решение о создании Делового совета государств БРИКС. Деловой совет проработал практически год.

– Чему был посвящен этот год?

– Главная задача, которая стояла перед членами делового совета на первом этапе, – определить те приоритетные сферы взаимного сотрудничества, которые интересны для всех государств БРИКС.

Причем наши партнеры смотрят очень широко. Если мы возьмем ЮАР, то их подход таков: БРИКС не столько для ЮАР, сколько через ЮАР для всего Африканского континента.

Судя по всему, схожей позиции придерживаются и лидеры Бразилии, так как программой нынешнего заседания ДС в рамках Саммита БРИКС 2014 предусматривается, что в последний день мероприятия делового совета будут проходить уже в Бразилиа, столице Бразилии, где лидеры государств БРИКС встретятся с лидерами всех латиноамериканских государств.

– В следующем году мы принимаем у себя Саммит БРИКС. Поддержит ли Россия эту тенденцию?

– По моему мнению, когда в будущем году встреча БРИКС пройдет в Уфе, для России было бы крайне целесообразно провести также отдельную встречу с лидерами государств СНГ.

Возвращаясь к теме делового совета, сегодня уже определены основные направления взаимодействия. В рамках делового совета создано пять рабочих групп. Охват тем довольно широк: туда входят вопросы инфраструктуры, энергетики, зеленой экономики, банковского и финансового дела, инноваций, высоких технологий, человеческого потенциала, что сегодня особенно важно для бизнеса.

Надо признать, что пока деловой совет еще не смог выйти на реализацию совместных проектов, в которых бы три-четыре, а желательно и все пять стран БРИКС объединились и реализовали какой-то экономический проект.

Появится ли когда-нибудь такой проект, предсказать трудно, хотя я не исключаю такую возможность. Для этого должны заработать и все сопутствующие элементы. Как вы знаете, сейчас активно ведется работа над созданием банка развития БРИКС, соглашение о создании которого будет подписано в рамках текущего саммита в Форталезе. Необходимо также создать специальный фонд, который бы демпфировал, смягчал потрясения на финансовых и валютных рынках. И более широкое использование национальных валют во взаимных расчетах, наверное, тоже будущее для БРИКС.

Во всяком случае, что Россия могла бы предложить Индии, Китаю, ЮАР, Бразилии в двустороннем плане? Что Китай может предложить пятерке? Что Бразилия? Южная Африка? Такие проекты уже определены. Они будут представлены лидерам стран – участниц БРИКС на саммите в Форталезе как видение бизнес-сообщества. Эти проекты посмотрят министры экономики этих стран, и я надеюсь, что они одобрят предложенные направления.

– Каким образом нужно дальше развивать это сотрудничество?

– Допустим, если мы совместно с Бразилией вышли на какой-то проект, то было бы справедливо пригласить другие страны БРИКС для того, чтобы они участвовали в его реализации в качестве сопоставщиков по отдельным видам продукции. Например, если Бразилия будет поставлять автобусы в ЮАР, наверное, мог бы подключиться наш КамАЗ. Если Бразилия будет поставлять свои ближнемагистральные самолеты, то здесь тоже возможны какие-то кооперационные связи и с нами, и с Китаем, поскольку естественно, что наша корпорация « Сухой»  уже набрала обороты и наш Superjet также успешно завоевывает не только наше небо, но и мировые рынки.

Таких проектов множество. Я уже не говорю о совместных проектах в сфере мирного освоения космоса, ядерной энергетики. Взаимодействие может быть построено на разной основе.

Понятно, что наибольшими финансовыми ресурсами сегодня располагает Китай. Он может выступить как инвестор. Понятно, что роль Южной Африки очень велика с точки зрения продвижения интересов стран БРИКС на Африканский континент, поскольку ЮАР действительно располагает всей необходимой инфраструктурой для ведения бизнеса, чего нет в соседних странах и во многих африканских странах к югу от Сахары. Поэтому не использовать этот потенциал было бы несправедливо. И так можно сказать о каждой стране БРИКС.

И не будем забывать, что и Россия сегодня – это не просто наша экономика, это куда больший рынок, это государства Таможенного союза, которые с 1 января будущего года станут Евразийским экономическим союзом. Это уже рынок трех государств, и я думаю, что объединение наших экономик для государств БРИКС представит еще большую привлекательность, это однозначно так.

– А чем может быть обосновано стремление Аргентины к БРИКС?

– Это говорит о том, что БРИКС становится привлекательным. Ведь многие сказали: «Почему забыли Турцию? Почему она не вошла в БРИКС?» Все обращают внимание на очень высокие темпы роста экономики Индонезии и привлекательность этого рынка и для инвесторов, и для партнеров.

– Но Индонезия уже активно работает в рамках АСЕАН.

– Да, но понятно, что Турция уже давно входит в ЕЭС – Европейское экономическое содружество – и очень стремится в Евросоюз. Индонезия, вы правы, активный участник АСЕАН. Что касается Аргентины, то она тоже участвует во многих интеграционных процессах, которые проходят в Латинской Америке. Я не думаю, что сейчас нужно существенно расширять формат БРИКС. Но я убежден, что это не какой-то закрытый клуб, и не случайно такой формат, как outreach, как это теперь принято называть на международном птичьем языке, становится все более популярным. Встреча с лидерами Латинской Америки в Бразилии, с лидерами африканских государств в ЮАР – это уже устоявшаяся форма проведения саммитов БРИКС, она дает все возможности для обмена мнениями и двусторонних встреч. Мы совсем не исключаем Аргентину как партнера по более широкому торгово-экономическому сотрудничеству, тем более что Аргентина всегда занимала в наших внешнеэкономических связях, я бы сказал, почетное место, и там реализованы очень интересные проекты, особенно те, что связаны с гидроэнергетикой, успешно работают ГЭС, построенные еще советскими предприятиями, то есть есть большой опыт, и его надо всячески поддерживать и сохранять.

Мария Качевская,
Ольга Шмелёва,
ТПП-Информ 

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.