Рейдерству – бой!

Лихие 90-е ушли в прошлое, однако рейдеры продолжают совершенствовать свои незаконные методы. Их не останавливает и политика крупных предприятий по усилению средств защиты от захватов. В последнее время интерес рейдеров все больше направлен на субъекты малого бизнеса.

В интервью редакции «М» заместитель прокурора Кировской области Андрей Юмшанов рассказал об особенностях рейдерских захватов в регионе и профилактической работе по снижению уровня криминальных форм захвата собственности.

– Какие предприятия чаще всего становятся жертвами рейдерских захватов?

– Если у предприятия, малого или большого, есть ликвидное имущество и оно имеет так называемые признаки рейд-пригодности, оно может стать объектом для рейдеров. Раньше их интересовали крупные предприятия. Теперь у большинства из них есть собственные службы безопасности, юридические отделы с квалифицированными и опытными специалистами, поэтому сейчас объектом для рейдерских атак все чаще становятся субъекты малого и среднего бизнеса.

– Как часто совершаются подобные преступления?

– Криминальные формы захвата собственности юридических лиц фиксируются правоохранительными органами региона ежегодно. В 2011-2012 гг. возбуждено 9 уголовных дел этой категории, три из которых на сегодняшний момент доведены до суда, одно прекращено, остальные продолжают расследоваться.

– Существуют различные способы совершения рейдерских захватов. Какой из них характерен для Кировской области?

– Как правило, это подделка учредительных документов и протоколов общих собраний участников коммерческих организаций, использование судебных решений по гражданским делам, вынесенным на основе подложных документов, и незаконный вывод имущества предприятия в пользу аффилированных лиц или организаций. Показательным примером может служить дело об изготовлении организованной группой фиктивного протокола внеочередного собрания ООО «Герма» с последующим изменением состава учредителей и руководства и, как итог, отчуждением по заниженным ценам имущества организации с причинением ущерба на сумму порядка 12 млн рублей.  Данное дело – это показатель успешной работы правоохранительных органов. В настоящее время лица совершившие преступления, осуждены к реальным срокам лишения свободы. В то же время это случается далеко не всегда – на сегодняшний момент 5 фактов рейдерства остаются нераскрытыми, а вина конкретных лиц в их совершении недоказанной.

– С чем связаны сложности при раскрытии таких дел?

– Этому есть как объективные, так и субъективные причины. Во-первых, несвоевременность уголовного преследования, вызванная позицией потерпевшего либо волокитой правоохранительных органов. Как результат – отсутствие на момент начала расследования бухгалтерской и иной хозяйственной документации, неоднократные перепродажи, в том числе через фирмы-однодневки, выведенных активов, подкрепление сомнительных сделок решениями судов и другие сложности, препятствующие изобличению рейдеров и возврату имущества. Для предотвращения подобных ситуаций на уровне подразделений прокуратуры области в настоящий момент мы наладили сбор сведений обо всех материалах проверок по сообщениям об экономических преступлениях, решения по которым на местах длительное время не принимаются. Предполагается, что контроль и выработка по данным материалам единой для правоохранительных органов стратегии и тактики  позволит не только своевременно начать уголовное преследование, но и максимально оперативно закрепить доказательства, предотвратить утрату контроля за имуществом. Во-вторых, предотвращение и пресечение рейдерства невозможно без мониторинга обществ на предмет выявления рисков их недружественного поглощения. Только в этом случае можно оказать реальную помощь предприятиям, имеющим так называемые признаки рейдпригодности, зафиксировать рейдерские атаки, привлечь оперативные службы к документированию данных фактов. Вместе с тем мы понимаем, что подобный мониторинг должен разрабатываться и осуществляться высококвалифицированными специалистами по финансовому, управленческому и юридическому консалтингу, аудиту и оценке, имеющими успешный практический опыт решения проблем, связанных с жизнедеятельностью предприятий, а также в сфере современных технологий и информационных систем. Такого специализированного органа, нужно признать, сегодня нет.

– Изучая примеры рейдерских атак, вдруг отчетливо понимаешь: чем наглее действуют захватчики, тем большую поддержку они находят в российском законодательстве. Учитывая, что они происходят молниеносно, то у жертвы почти никаких шансов нет. Могут ли правоохранительные органы оперативно помочь предпринимателю и предотвратить захват?

– К сожалению, на сегодня каких-то аналитических структур в рамках работы правоохранительных органов, которые действительно могли бы оказать не только уголовно-правовую помощь, но и выстроить оперативные барьеры, оказать консультативную помощь, не существует. Поэтому единственное, что можно сделать, это объединить усилия с теми предпринимательскими сообществами, которые готовы включиться в эту работу. Это дало бы возможность проводить целенаправленное консультирование конкретных предпринимателей о стратегии защиты их бизнеса от поглощений, оказания помощи в противодействии недружественному поглощению, привлечения специалистов для непосредственного участия в защите.

– Предприниматели лишний раз стараются не обращаться за помощью в органы власти, так как российская практика показывает, что очень часто в давлении на бизнес оказываются задействованными представители конкретных структур. Какую работу проводят органы прокуратуры, чтобы снять излишнее внимание контрольно-надзорных органов?

– Мы понимаем, что надуманный прессинг со стороны органов власти, проведение непрекращающихся «жестких» проверок способны дезорганизовать работу любого предприятия. Поэтому важным средством профилактики рейдерства мы считаем неукоснительное обеспечение законодательных ограничений административного вмешательства в дела бизнеса со стороны контрольно-надзорных и правоохранительных органов. Определенная практика здесь наработана. За последние три года органы прокуратуры области исключили из планов контролирующих структур свыше 6,5 тысячи проверок, отказано в согласовании более половины заявлений о проведении внеплановых проверочных мероприятий. Это позволило сократить общий объем проверок. Однако полностью исключить попытки давления на бизнес от недобросовестных контролеров нельзя, и здесь мы бы опять хотели иметь информационную подпитку о таких фактах со стороны самих предпринимателей. В какой-то мере сейчас такой взаимообмен осуществляется в рамках общественного совета по защите субъектов предпринимательской деятельности при прокуратуре, но мы считаем, что этого недостаточно. На уровне прокуратуры области в настоящий момент мы также ввели в систему  постоянный анализ законности возбуждения уголовных дел по преступлениям экономической направленности, сроки следствия по которым неоднократно продлевались либо расследование по которым прекращено, а также мониторинг фактов проведения по таким делам обысков и выемок бухгалтерской и иной хозяйственной документации. Это делается в целях предупреждения и пресечения незаконного уголовного преследования руководителей  предприятий по надуманным основаниям, принятия мер реагирования в связи с «заказным» изъятием необходимых для ведения бизнеса и не относящихся к расследованию документов. Стоит признать, что в настоящий момент основные усилия правоохранительных органов по декриминализации экономики сосредоточены в областном центре. Большинство же районов какими-либо результатами в этой сфере похвастать не могут. Поэтому считаем необходимым продолжить существующую практику совместных с органами внутренних дел выездов в районы с комплексной оценкой работы по противодействию преступности, в том числе преступлений в сфере экономики.

– Как решить проблему недоверия предпринимателей к правоохранительным и надзорным органам?

– Если бы у нас был конкретный рецепт, мы бы его внедрили. Сегодня проблема решается путем создания института уполномоченных или  общественных советов. На мой взгляд, для ее решения необходим постоянный диалог, где выявляются все сложности, которые возникают при осуществлении предпринимательской деятельности. В среде правоохранителей необходимо создавать атмосферу презумпции добросовестности предпринимателей. Любой человек, получающий высшее юридическое образование, изучает основы цивилистики, гражданского права и должен понимать, что этот принцип основной.

Татьяна Скопина