Отношения России и Европы под тенью Ливии и Фукусимы

В Европейском союзе с большим вниманием отнеслись к катастрофе в Японии и волнениям в арабских государствах. Происходящее напомнило европейским странам, насколько быстро в мире могут развиваться дестабилизирующие процессы. В среднесрочной перспективе полученный в первые месяцы 2011 года новый опыт может оказать непосредственное влияние на политический курс стран ЕС и на развитие отношений с Россией.

О том, каким образом развивались отношения между ЕС и Россией в последние недели, рассказывает постоянный эксперт ТПП-Информ, сотрудник Центра стратегических оценок и прогнозов Андрей Ганов.

Авария на японской атомной электростанции «Фукусима» стала важным фактором роста популярности европейских экологических партий, которые во многих странах и ранее имели прочную электоральную базу. Эти партии традиционно настаивают на полном отказе от использования ядерной энергии. Вероятность того, что «зеленым» удастся провести этот тезис в жизнь, наиболее велика в Германии, где с новой силой разгорелась дискуссия на эту тему. Комиссар ЕС по энергетике, немец Г. Эттингер призвал Евросоюз задуматься о возможности отказаться от использования АЭС. Эттингер является членом партии правящей коалиции – ХДС, которая настаивает на необходимости АЭС для немецкой экономики. Но именно он выступил с жесткими комментариями относительно событий в Японии, охарактеризовав их как «апокалипсис» и вызвав волну панических утверждений в средствах массовой информации.

Страны Евросоюза уже объявили о необходимости проведения специальных стресс-тестов, что подразумевает проверку соответствия между возможными последствиями стихийных бедствий и иных происшествий, с одной стороны, и надежностью, обеспечиваемой конструкцией АЭС, с другой. При этом именно дискуссия о мирном атоме в рамках всего ЕС может иметь некий практический смысл. Атомные электростанции действуют в большинстве стран Европы. Если рассматривать эти станции как источник потенциальной опасности, отказ Германии от АЭС не изменит существующую картину. Большинство представителей крупного бизнеса понимают, насколько болезненным может быть отказ от использования атомной энергии, и стараются оппонировать алармистским политическим заявлениям, но в немецкой политике их позиция вряд ли будет поддержана большинством.

Россия является одним из основных поставщиков углеводородного топлива в страны Европы и одновременно одним из крупнейших центров развития технологий мирного атома. Отказ отдельных стран ЕС от АЭС потребует увеличения импорта нефти и газа, в том числе из российских месторождений. Одновременно следует учитывать, что активизация экологических движений может распространиться на страны, где российские энергетики получили или планируют получить контракты на строительство АЭС. Поскольку пока не понятны масштабы возможного сокращения действующих и планируемых АЭС, сложно оценить и последствия разворачивающегося процесса для российской экономики.

Воздействие на обеспечение ЕС энергией могут оказать и события в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Потери в связи с конфликтом в Ливии не должны оказаться критичными. Но существует опасность, что не только Ливия, но и более крупные поставщики нефти и газа могут в будущем оказаться в зоне нестабильности. В этом случае Евросоюзу вновь предстоит задуматься над тем, как компенсировать потери. Важность российских энергетических проектов, прежде всего «Северного потока» и «Южного потока», в таких условиях возрастает. В целом критика странами ЕС надежности России как поставщика энергоносителей в последнее время заметно пошла на спад. Даже с учетом периодических споров с транзитными странами Россия предстает в выгодном свете по сравнению с арабскими альтернативами.

Для стран ЕС волнения на территории существенно более бедных соседей формируют и уже вполне реальную миграционную угрозу. Чтобы снизить ее, ЕС, по-видимому, придется более активно работать в регионе. Немаловажно, чтобы политика ЕС в отношении Африки и Ближнего Востока была согласована с российской. Это усилило бы ее эффективность и предотвратило бы появление нового источника потенциальных разногласий.

Обеспечивать такое согласование призван все более интенсивный диалог российского министра иностранных дел С. Лаврова и Высокого представителя ЕС по иностранным делам К. Эштон. В ходе встреч, помимо событий в арабском мире, обсуждается положение дел на Балканах и в зонах замороженных конфликтов на постсоветском пространстве. Источником беспокойства для обеих сторон остается ядерная программа Ирана, хотя оценки здесь расходятся – Россия не считает, что Иран мог бы представлять непосредственную ядерную угрозу для Европы уже в ближайшем будущем.

Продолжается и диалог российских официальных лиц с Еврокомиссией, недавно укрепившийся благодаря совместному заседанию комиссаров ЕС и российского правительства. В марте вице-президент Еврокомиссии Х. Альмуния и Федеральная антимонопольная служба РФ подписали меморандум о взаимопонимании, в котором выразили намерение интенсифицировать сотрудничество и обмениваться информацией по вопросам состояния конкурентной среды в экономике России и ЕС.

Интенсифицирующиеся контакты между людьми, непосредственно причастными к реализации экономической политики, однако, не устранили разногласий, связанных с Таможенным союзом России, Казахстана и Белоруссии. В ЕС по-прежнему утверждают, что не понимают смысла этой инициативы. Между тем лидеры стран Таможенного союза уверяют, что он является мощным и перспективным интеграционным объединением. Большинству наблюдателей, тем не менее, ясно, что Таможенный союз по целому ряду причин не приходится сравнивать с ЕС, даже если его создатели используют термины, типичные для европейского интеграционного процесса.

Но Россия и не пытается представить Таможенный союз как альтернативу отношениям со странами Евросоюза и другими европейскими государствами. В важном для ЕС балканском регионе в марте побывал председатель российского правительства В. Путин. Он посетил Сербию и члена Евросоюза Словению, проведя переговоры, в которых центральное место занимали вопросы энергетики. Обе страны должны принять участие в реализации проекта «Южный поток». В Любляне было подписано соглашение о создании совместной компании, которая займется строительством и эксплуатацией словенского участка трубопровода. Стороны, по сути, демонстрируют, что сумеют действовать по задуманному плану и в условиях принятого «третьего пакета» энергетического законодательства ЕС, который предусматривает, что добычу и транспортировку энергоносителей должны осуществлять разные компании.

Со Словенией Россия также подписала документы о сотрудничестве в области сельского хозяйства, стандартизации и межрегионального сотрудничества. По словам Владимира Путина, товарооборот двух стран в 2010 году вырос на 36 % , а в России сегодня действует более двухсот предприятий с участием словенского бизнеса. Путин заявил и о заинтересованности российских компаний в участии в приватизации словенских предприятий и развитии железнодорожной сети в этой стране. Реконструкцией железнодорожных путей, а также гидроэлектростанций Россия планирует заняться и в Сербии. Сербские строительные компании должны принять участие в подготовке Олимпиады 2014 года и Чемпионата мира по футболу 2018 года в России. В городе Ниш российские и сербские специалисты должны создать Центр чрезвычайного гуманитарного реагирования. Это воплощение на субрегиональном уровне давно обсуждавшейся с ЕС, но так и не реализованной идеи общеевропейского центра такого рода. Важно, что Россия, таким образом, подключается к той работе по интенсификации связей с балканскими государствами, которую уже давно ведет Евросоюз.

Пока не все договоренности достигнуты с Турцией, а без ее участия идею «Южного потока» будет существенно сложнее реализовать. Сохраняется возможность организации транспортировки газа по Черному морю в сжиженном виде. Спекуляции по этому поводу, видимо, призваны, в первую очередь, подтолкнуть Турцию согласиться с первоначальным проектом трубопровода. В марте Москву посетил премьер-министр Турции Р. Т. Эрдоган, принявший участие в заседании двустороннего Совета сотрудничества вместе с В. Путиным и в работе турецко-российского бизнес-форума. Программа его визита включала встречу с Д. Медведевым, на которой лидеры обсудили происходящее в арабских странах, и посещение Татарстана. Россия и Турция подтвердили намерение построить АЭС в районе города Мерсин на турецком средиземноморском побережье.

У Турции почти не остается надежд на вступление в ЕС в обозримой перспективе, и она старается играть роль регионального лидера. Не случайно приезд Эрдогана в Москву был с заметной нервозностью воспринят в Армении и с воодушевлением – в Азербайджане. Стороны предполагают, что российско-турецкий диалог может иметь определенное влияние на развитие конфликта вокруг Нагорного Карабаха. Каждая из сторон – ЕС, Россия, Турция – заявляют о себе как о посредниках в армяно-азербайджанском противостоянии, но если оно перейдет в открытое столкновение, посредники, скорее всего, не смогут справиться с еще одной зоной нестабильности.

Отношения России и ЕС в целом демонстрируют позитивную динамику, но прогресс сдерживается неурегулированными вопросами в основе экономических отношений. Остается неясной перспектива вступления России в ВТО, что сдерживает процесс подготовки нового соглашения о партнерстве и усложняет ведение совместного бизнеса России и ЕС. Но такая неопределенность будет, по-видимому, сохраняться в ближайшее время. На фоне бурных событий в окружающем Россию и ЕС мире сохраняющееся в отдельных областях недопонимание между Россией и Евросоюзом уже не кажется серьезной проблемой.

ТПП-Информ

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.