Что ждет российскую экономику после выборов 2012 года?

На днях аналитиками финансовой компании «Калита-Финанс» был опубликован оценочный материал, который дает общее представление о развитии ситуации в российской экономике накануне и после избирательной кампании 2012 года, который мы помещаем в сокращении. Полностью материал доступен в Интернете на сайте компании.

Чем ближе выборы, чем горячее дискуссии в СМИ, тем чаще можно услышать спекуляции на тему, куда пойдет российский рынок и российская экономика после нынешних выборов. Станет ли президентом Путин или останется Медведев, или внезапно появится кто-то третий, например, выдвинувшийся на днях в лидеры «Правого Дела» миллиардер Прохоров? И как в каждом из этих случаев будет развиваться внутриэкономическая ситуация?

Сложившаяся за годы российской независимости финансовая политика такова, что каждый рубль денежной базы в существующей сегодня экономической модели более чем на 100 % обеспечен валютными резервами ЦБ. Суверенная эмиссия, т. е. эмиссия под обязательства, номинированные в национальной валюте, не проводится принципиально. Такова, пожалуй, самая главная и фундаментальная отличительная черта существующей в России экономической модели, пресловутая «сырьевая зависимость» – лишь следствие.

Вся прибыль бизнеса, без которой не работает логика капитализма и капиталистическая экономическая модель, в более или менее стабильно функционирующей экономике берется от различных форм денежной эмиссии. Однако в реалиях российской экономической модели вся прибыль российского бизнеса и рентабельность, как отдельных товаропроизводителей, так и рыночной части экономики в целом, оказывается в прямой зависимости от устанавливаемого ЦБ курса рубля и объема экспортной валютной выручки.

В результате получается, что рентабельность российских производителей зависит от трех факторов: предложения ликвидности на глобальном финансовом рынке, произвола глобальных спекулянтов на сырьевых рынках и произвола Банка России в вопросе установления курса национальной валюты. В таких условиях даже те, кто работает сугубо на внутренний рынок, вынуждены нести на себе неявные валютные риски.

Капиталистическая экономика может функционировать нормально только в том случае, если из сырья выгодно производить все более и более сложную продукцию. В России же сложилась и сохраняется такая экономическая модель, при которой из сырья для внутреннего рынка производить продукцию невыгодно, так как вся возможная добавленная стоимость в экономике уже предопределена объемом сырьевой ренты, получаемой от экспорта.Именно поэтому нефтяные компании не инвестируют в нефтепереработку на территории России, а предпочитают продавать сырье на экспорт.

Часто приходится слышать, что слабый рубль выгоден отечественному производителю, но это крайне однобокий штамп экономической мысли, особенно опасный в существующих российских реалиях. Задайте такой вопрос: что лучше, доллар за 30 рублей при ставке по кредиту 20 % годовых и сроке кредитования не более трех лет, или доллар по 20 рублей при ставке по кредиту 6 % и сроке кредитования до десяти лет? Для промышленности с высокой глубиной переработки, вкладывающей деньги в инновации с большим горизонтом инвестирования, почти наверняка выгоднее второй вариант. А для какого-нибудь кустарного производства, обходящегося без кредита вообще выгоднее первый.

Созданная в интересах сырьевых корпораций и чиновников, заинтересованных в «распиле» бюджета, экономическая модель угнетает российского производителя. Она на руку экспортерам, живущим на сырьевую ренту, и чиновникам, превращающим часть сырьевой ренты, попавшую в бюджет, в ренту «административную». Этот неофеодальный госкапитализм, в котором основная экономическая активность вертится вокруг торговли сырьем и статусом, по самой своей сути должен угнетать и угнетает все, что не связано с сырьем и статусом.Все, что не связано с сырьем и статусом в такой социально-экономической модели бесперспективно в сколько-нибудь долгосрочной перспективе.

Перспектива нового кризиса маячит в умах господствующей элиты и, соответственно, побуждает ее стремиться к модернизации экономики, которую она понимает не иначе как диверсификацию экспорта некой RUSSIA inc., ведь страна воспринимается ими не как суверенное государство, а, скорее, как корпорация, торгующая на глобальном рынке за иностранную валюту.

Предел существующей экономической модели, тем не менее, действительно достигнут. Впервые за всю историю постсоветской России сложилась ситуация, когда рост цен на сырье сопровождается продолжающимся оттоком капитала из страны[1].

В ситуации тотальной зависимости экономики от глобального сырьевого рынка и внешнего кредита будет только то, что преподнесет экономике глобальный рынок и внешний кредит. От решений ФРС и поведения спекулянтов на лондонской и чикагской биржах в России зависит гораздо больше, чем от слов и решений первых лиц государства.

По оценкам экспертов компании «Калита-Финанс», в скором будущем после выборов для России вырисовываются три возможных сценария, которые сами по себе находятся в прямой зависимости от тех решений, которые будут приниматься в ведущих финансовых центрах мира.

Сценарий № 1: глобальная стагфляция

Этот сценарий реализуется, если американские денежные власти после окончания второй программы эмиссионного стимулирования экономики, известной как QE2, запустят следующую – QE3. Доллар в этом сценарии предсказуемо будет падать по отношению к корзине валют других развитых стран, к промышленному сырью, и в особенности, к драгметаллам. Валовая экспортная выручка России в этом сценарии вырастет в номинальном выражении, под нее для бюджета напечатают рубли, которые частью пустят на увеличение социальных обязательств, частью – разворуют. После чего эта эмиссия просочится в пузыри недвижимости и в конечный спрос, который простимулирует рост сферы услуг как по номиналу, так и как долю в ВВП.

Рубль при этом будет медленно укрепляться. Будут сохраняться довольно высокие темпы инфляции – выше, чем рост промышленности. Также будет приток спекулятивного капитала и надувание нового пузыря российских сырьевых активов.

Таким образом, в этом сценарии мы вернемся во времена «энергетической сверхдержавы» 2006–2008 и в двухукладную экономику, где сырьевой сектор растет на падающем долларе, а вся прочая промышленность находится в условиях стагфляции, т. е. растет по номиналу.

Не исключено, что на уровне глобальной политики этот сценарий будет сопровождаться «переформатированием» т. н. Большого Ближнего Востока, и Россия вместе со своим окружением окажется зоной относительной политической стабильности. Это будет дополнительным позитивным фактором для притока спекулятивного капитала на российский рынок и прямых инвестиций в сырьевой и в банковский сектора. Доля иностранного капитала в этих секторах вырастет.

Сценарий № 2: вторая волна

Этот сценарий реализуется, если американские денежные власти после окончания второй программы эмиссионного стимулирования экономики более не станут поддерживать американский спрос эмиссией, ужесточат денежную политику и займутся сокращением дефицита федерального бюджета. В этом случае вся периферия глобальной экономики столкнется с масштабной репатриацией иностранного капитала, сырьевые цены рухнут, в периферийных странах ЕС обострятся долговые проблемы и упадет спрос.

В этом сценарии Россия пострадает вдвойне: от оттока капитала, который примет характер панического бегства, и от падения спроса на свой экспорт. В этой ситуации либо правительство и Банк России должны будут в условиях крайне неблагоприятной внешней конъюнктуры проводить перестройку существующей социально-экономической модели, которую сегодня можно было бы выполнить достаточно гладко, либо смириться с тем, что инфляция некоторое время будет очень высокой, а благосостояние граждан по итогам обвала, возможно, уменьшится в разы.

Что из себя будет представлять Россия на выходе из такой передряги, если она случится, сказать трудно. В зависимости от действий правительства, она может выйти как страна с более или менее здоровой экономикой, денежная система которой опирается в достаточной степени на внутренний спрос, страна, в которой выгодно производить и созданы приемлемые условия для привлечения прямых инвестиций, или же Россия станет большим евразийским аналогом Зимбабве.

Сценарий № 3: медленное сжатие

Этот сценарий реализуется, если американские денежные власти после окончания второй программы эмиссионного стимулирования экономики не станут далее поддерживать американский спрос путем дальнейшего наращивания денежной базы и предпринимать серьезные шаги для уменьшения бюджетного дефицита, а монетарная политика останется мягкой. Денежная база в США перестанет расти, соответственно, исчезнут предпосылки для дальнейшего надувания цен на сырье и драгметаллы. В ситуации, когда рынок недвижимости США еще некоторое время будет оставаться проблемным, американский банковский кредит восстанавливаться не будет, несмотря на низкие ставки, либо будет, но очень вяло.

Этот сценарий представляется сейчас наиболее вероятным, и он будет сопровождаться длительной и достаточно плавной коррекцией сырьевых цен, что допускает консервацию существующей российской социально-экономической модели в надежде переждать плохую конъюнктуру. Натолкнется ли эта попытка консервации на внешние обстоятельства непреодолимой силы в форме ускорения спада мировых рынков, или она окажется успешной в течение всего следующего президентского срока – покажет время. А успешность лишь отложит существующие проблемы на будущее, обострив их.

Подытоживая все три сценария, приходим к выводу, что при сложившейся в России социально-экономической модели совершенно неважно, кто именно станет президентом РФ в следующем году. Его курс будет на 90 % зависеть от конъюнктуры на глобальном рынке и выражать интересы крупного российского сырьевого бизнеса и наиболее сильных бюрократических групп, распределяющих бюджет.

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.