Жизненное пространство

Недавняя продолжительная рабочая поездка главы правительства РФ по регионам Сибири и Дальнего Востока оживила дискуссию в СМИ по проблемам демографии, обеспечения территориальной целостности страны и развития инфраструктуры территорий, расположенных за Уральским хребтом.

По актуальной проблематике высказался Сергей Бабурин, участник заседаний «Меркурий-клуба» при ТПП РФ, ректор РГТЭУ, доктор юридических наук, профессор.

Уникальность жизненного пространства

Современная Россия исторически сложилась и развивалась как совершенно особая цивилизация. Уникальность российского опыта государственного строительства до сих пор предопределяет наличие огромного жизненного пространства, разнообразие и суровость климата. Несмотря на крушение Советского Союза в 1991 году, даже в нынешнем географическом виде Россия продолжает занимать 1/7 суши.

В связи с тем, что во все времена становление и развитие российского государства шло практически без ресурсных ограничений, в частности сырьевых, пространственных, людских и др., перед страной всегда стояла проблема выбора дальнейшего пути развития. Это, прежде всего, выбор между внешней экспансией и необходимостью освоения жизненного пространства. При этом очевидно, что масштабная территориальная экспансия всякий раз тормозила и затрудняла внутреннее обустройство страны. На практике происходило некое сакральное одушевление вновь приобретенных земель, но не их интенсивное освоение, усовершенствование технических и других способов хозяйствования.

По оценкам специалистов, важным побудительным мотивом освоения новых территорий во многом являлось стремление власть предержащих, в среде которых традиционно было сильно иноземное влияние, избавиться от пассионарного давления наиболее инициативной, деловой части общества, способной конкурировать в борьбе за власть в стране. Показательно, что когда российская экспансия по каким-либо причинам приостанавливалась, наступали времена острых внутриполитических конфликтов и потрясений. Кроме того, внешняя экспансия рассматривалась как наиболее эффективная мера предотвращения всякого рода нашествий и вторжений в российские пределы извне.

Таким образом, исторические территориальные экспансии и тяжелые природно-климатические условия этнокормящего ландшафта наложили особый неизгладимый отпечаток на весь ход тысячелетнего государственного строительства, формирование уклада жизни и общественного сознания, характер и содержание государственной идеологии, национальной культуры и традиций. В рамках православия элементы древней языческой культуры, господствовавшие на Руси длительное время до принятия христианства, были переосмыслены в новых пространственно-временных реалиях. Понятие Русской земли, которое в общественном сознании существовало издревле и распространялось главным образом на территории «Исторической России», стало быстро охватывать несравненно большее жизненное пространство. Со временем новое окультуренное пространство, приобретя глубокое сакральное значение, заняло свое территориальное место в границах Государства Российского. И в наши дни принадлежность к Русской земле выступает важнейшим интегрирующим началом и консолидирующим фактором общенациональной идентичности народов России.

Территория и общественная психология

По оценкам специалистов, огромное историческое жизненное пространство двояко повлияло на общественную психологию народов страны. С одной стороны, в рамках православной культуры произошло становление самобытной цивилизации, особого типа национальной традиции, лишенной этнической замкнутости, эгоизма и высокомерия. С другой стороны, отсутствие ресурсных ограничений не могло не расслабить население страны и, прежде всего, представителей российской элиты. Они стали паразитировать на легко приобретенных природных и других богатствах, выгодных географических коммуникациях и др. В новых пространственных условиях не было уже необходимости в интенсивном характере обустройства страны. Выбор экстенсивного пути развития народного хозяйства позволил элите процветать, практически не затрачивая никаких усилий.

Огромная территория и суровый климат страны предопределили происхождение и хождение на Руси всем хорошо известной присказки о том, что во всем виноваты дураки и дороги. На первый взгляд, все обстоит именно так. Однако разве возможно, в принципе, обустроить добротными дорогами и стратегическими коммуникациями такую большую территорию, относительно которой население страны является ничтожно малым? Можно застроить дорогами земли Голландии, Франции, Германии и других европейских стран, территории которых вместе взятые сопоставимы с отдельными регионами России, а показатели плотности населения на один квадратный километр на порядок превышают среднероссийские. Во все времена ситуация усугублялась суровыми природно-климатическими условиями, большой этно-религиозной неоднородностью населения, находившегося на различных этапах исторического развития.

«Дураками», скорее, можно назвать потому, что больше заботились об обустройстве чужих, а не своих территорий, тратя на это огромные пассионарные людские силы и материальные ресурсы. По оценкам специалистов, имевшая место длительная по времени хозяйственно-культурная экспансия России на просторах большого жизненного пространства мало отвечала интересам русских территорий. Значительный отток наиболее деятельного крестьянского населения страны на освоение новых территорий уже в те времена заложил предпосылки деградации русских деревень, развития их по остаточному принципу. Кроме того, в результате достаточно массовой по тем временам миграции из центра на окраины российской империи оказались «разворошенными» местные родоплеменные «муравейники». И тогда уже коренные жители российских национальных окраин устремлялись в земли метрополии. Так начиналось великое переселение народов в границах Российской империи.

Исторические мегамиграции

Во все времена обширное жизненное пространство и несметные богатства страны в сочетании с открытостью, дружелюбием и толерантностью Русского мира притягивали к себе выходцев из самых различных стран, которые видели в России прекрасное место для того, чтобы хорошо заработать, сделать карьеру и устроиться на постоянное место жительства. Во многом наплыву чужестранцев в Россию способствовали центральные власти, где традиционно бал правили иностранцы, которые видели в массовой миграции для себя надежную социальную опору в борьбе за власть.

Так, в частности, только в период с 1828 по 1915 год, согласно официальной статистике, в Россию прибыло 4,2 млн иностранцев, больше всего из Германии (1,5 млн) и Австро-Венгрии (0,8 млн). Относительно численности населения того времени эти показатели сопоставимы с нынешними цифрами массовой миграции в Россию. Вне статистики оставались данные о переселенцах в русские регионы из окраин империи, в частности, прибалтийских и кавказских губерний, Туркестана, Великого княжества Финляндского, Царства Польского, а также из Китая, Кореи и других земель Евразии.

Мигранты довольно-таки легко адаптировались к местным российским условиям, практически сразу начинали проявлять деловую инициативу и предприимчивость, не противились ассимиляции, а потому уже вскоре, что называется, «выходили в люди». Со временем они начинали активно конкурировать с коренными народами за право находиться среди политической и экономической элиты страны и в самых верхних эшелонах власти.

В условиях засилья иностранцев в столице социальная энергия русского населения, представителей купечества, воинства, дворянства, свободного крестьянства и других сословий была вынуждена выплескиваться в сторону присоединения и освоения новых территорий империи. Русское пространство во многом было освоено беглецами, которые готовы были убежать хоть за тридевять земель, только чтобы избежать несправедливости и кары со стороны правителей. Именно эти слои населения выступали своего рода строительным материалом новых земель самодержавия.

Глобальная историческая экспансия на новые территории Евразии подспудно влияла на характер и содержание хозяйственного уклада жизни страны. Он исторически формировался как преимущественно аграрный тип, но с достаточно развитыми торгово-промышленными элементами. При этом российский капитализм, в отличие от западного, был в большей степени торгово-экономическим, нежели промышленным. Поднявшись на контроле евразийских коммуникаций и торговых путей, Россия смогла конкурировать с Европой только в экспорте сырьевых ресурсов. В то же время Россия была своеобразным катализатором промышленного развития ведущих европейских стран, так как объективно способствовала расширению пространства капиталистических отношений в Евразии. В советский период также не удалось выдержать конкуренцию в глобальном военно-экономическом противостоянии между системами капитализма и социализма.

Кризис пространственного мышления

В целом всю тысячелетнюю русскую историю можно рассматривать как многовековое испытание огромным жизненным пространством и его суровыми природно-климатическими условиями. Многое в исторической судьбе России продолжает определяться территорией. Забвение или игнорирование данной реальности ведет к потере традиционных ориентиров исторического развития страны. Так называемый кризис пространственного мышления всякий раз проявлялся тем острей, чем дольше государство и народ оставались в плену ложных социальных, политических и экономических идеологем и стратагем, зачастую заимствованных и скопированных с исторического опыта других государств, становление и развитие которых происходило и происходит в принципиально других географических и природно-климатических координатах.

В современной международной обстановке Россия переживает последствия первого этапа разрушения большого жизненного пространства, когда оказались утраченными территории Центральной Азии, Кавказа, Украины, Белоруссии и Прибалтики. Наша страна в который раз в своей истории стоит перед выбором пути дальнейшего развития. Либо она найдет силы на сохранение и восстановление контроля над обширным пространственным наследием, либо утратит его окончательно, и на Русскую землю придут представители других цивилизаций со всеми вытекающими последствиями. Но это уже будет новая история освоения и развития большого жизненного пространства Евразии.

В наши дни ситуация усугубляется тем, что страна переживает глубокий демографический кризис. Поэтому все чаще в обществе возникает вопрос, что сегодня важнее для будущего страны и народа: обширная территория размером в 1/7 части света, для восстановления полного контроля над которой необходимо бросить последние остатки людских ресурсов и направить огромные материальные средства, или все-таки решение задачи сбережения коренного народа, обеспечение выживания уникальной российской цивилизации в эпоху глобальных вызовов и угроз. Ответ на этот животрепещущий вопрос не лежит на поверхности. Он требует глубокого анализа и всестороннего обсуждения, принятия стратегических решений на основе консенсуса, одобрения и поддержки в обществе.

При этом важно иметь в виду, что даже попытки кардинально переосмыслить историю страны могут быть крайне опасными и чреваты катастрофическими последствиями. Страна, в которой поощряются измышления о перспективах уменьшения своего жизненного пространства, просто обречена на то, чтобы оказаться втянутой в перекройку своих государственных границ, изменение конфигурации своей территории, подвергнуть смертельной опасности дальнейшую судьбу государства и его народов. И это всегда хорошо понимали в России.

В данном контексте становится очевидным, что нынешнее жизненное пространство России остается историческим наследием, своеобразным «географическим крестом», который приходится нести русско-славянскому населению и другим коренным народам страны до тех пор, пока они существуют и живут на одной седьмой части света как особая мировая цивилизация и субъект мировой политики. Уникальный опыт освоения жизненного пространства не дает России выбора, кроме как достойно ответить на современные вызовы и угрозы, выжить и сохраниться, приступить к возрождению государства и перейти к формированию новой исторической общности людей на основе коренных народов России.

Возрождение жизненного пространства

Решить грандиозную задачу пространственного возрождения будет невозможно без преодоления системного демографического кризиса в стране. И здесь особая роль в который раз в истории будет принадлежать русско-славянскому населению. Согласно метафизическим оценкам, в процентном отношении доля однородного в этническом плане населения страны не должна быть меньше 66-67 %, иначе государство становится уязвимым перед внешними и внутренними вызовами.

Немаловажным условием возрождения жизненного пространства страны является воссоздание единства территории «Исторической России», которое оказалось подорванным после 1991 года. Только объединенные людские ресурсы бело-, мало- и великороссов в рамках единой государственности позволят удержать под контролем большое жизненное пространство. По оценкам специалистов, его география будет охватывать, кроме современной территории России, земли Белоруссии, Казахстана, Приднестровья и Украины. При этом нельзя исключать того, что утраченными окажутся территории Западной Украины и Западной Белоруссии. В контексте нового государственного строительства неизбежно встанет вопрос о столице. С высокой долей вероятности можно прогнозировать, что Москва, в том виде и состоянии, в каком она находится сейчас, не сможет стать центром нового этапа консолидации жизненного пространства вокруг России, так как ни Казахстан, ни Белоруссия, ни тем более Украина даже в формате конфедерации не примут нынешнюю российскую столицу.

Реальное проектирование конфигурации жизненного пространства сложно осуществить вне контекста существующих геологических прогнозов. По имеющимся оценкам, территорию России не обойдут мощные природно-климатические бедствия и катаклизмы, прогнозируется изменение характера и содержания этнокормящих ландшафтов отдельных территорий. В частности, предсказывается затопление огромных прибрежных территорий на Балтике, Черном и Каспийском морях. Существует даже предположение, что акватории Азовского, Черного и Каспийского морей могут соединиться и возникнет новая естественная водная преграда на Северном Кавказе. Имеются предсказания о затоплении обширных территорий в Сибири, в частности Восточно-Сибирской низменности и других.

В современных условиях возрожденное жизненное пространство уже не удержать только силовыми или финансово-информационными средствами. Государственное устройство в огромной многонациональной и поликонфессиональной стране должно основываться на гибком сочетании принципов демократического иерархического правления с развитием сетевых форм управления государством и обществом по горизонтали и вертикали. От центра к регионам и далее муниципалитетам важно передать значительную часть полномочий.

Важным консолидирующим фактором призваны стать традиционные религии страны. Внешние различия конфессий не мешают им сосредоточиться на объединяющих началах вероучений, в рамках которых исповедуются патриотизм, идеалы справедливости, лучшие традиции семьи и общества, другие культурные ценности. Необходимым условием успешного созидания возрожденной государственности необходимо рассматривать отход от национально-территориального деления страны, отдания приоритета в государственном обустройстве территорий титульным нациям и отказ от всех преимуществ по национальному признаку. В таком справедливом государстве, прежде всего, должна быть восстановлена демографическая справедливость.

ТПП-Информ

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.