Утеря памятников грозит утерей национальной идентичности

Культурное наследие во всех странах является источником творчества, средством воспитания подрастающего поколения, объектом научных исследований. Памятники истории и архитектуры поддерживают национальное самосознание и способствуют объединению нации, наглядно свидетельствуют о сохранности культурных традиций. В наследии каждой страны заложены как исторический опыт, так и потенциал созидания и прогрессивного развития. Об этом говорили участники научно-практического семинара «Культурно-историческое наследие России: необходимость сохранения, изучения, реставрации и надлежащего использования. Актуальные проблемы системы подготовки профильных специалистов». Мероприятие прошло в Торгово-промышленной палате России.

В нем приняли участие представители Министерства культуры, правительства Москвы, руководители и сотрудники архивов, музеев, общественных организаций, а также эксперты, руководители и сотрудники образовательных учреждений, предприниматели.

На протяжении веков культурное наследие играло особую роль в истории нашей страны и ее государственности. Та скорость, с которой исчезали в течение ХХ столетия памятники культуры, вызывает сильную озабоченность, так как утеря их может привести к серьезным деформациям национальной идентичности.

На эти проблемы обратил внимание собравшихся ректор МАРХИ, академик РААСН и РАХ Дмитрий Швидковский. Он отметил, что история российской архитектуры свидетельствует, что в нашей стране черты национальной идентичности сохранялись посредством приверженности к определенному устройству и облику зданий. В целом система исторических городов и старинных сельских поселений, духовных центров и сегодня формирует структуру российской территории и ее культурные границы, фиксируя основные очаги государственности и центры сосредоточения элементов гражданского общества. Во многом именно на данной основе формируется образ России как великой культурной державы.

1150-летие российской государственности заставляет серьезно задуматься о необходимости усилий по налаживанию учета исторических памятников и преобразовании системы регистрации культурного наследия в стране. Учитывая огромную территорию нашей страны и высокую степень неизученности культурного наследия, эта задача, несомненно, является грандиозной. Государство не может ее решить без активного сотрудничества со структурами гражданского общества. Можно с уверенностью сказать, что в мире нет другого государства, в котором специалисты по охране наследия каждый год открывали бы не менее сотни великолепных, неизвестных ранее памятников зодчества.

Это происходит в рамках программы «Свод памятников истории архитектуры и монументального искусства Российской Федерации». По данным архива ГИИ МК РФ, за сорок лет были обследованы и зафиксированы более 150 тыс. памятников зодчества России и создана обширная база данных. Основой Свода являлась паспортизация памятников истории и культуры на местах. Эту работу выполняли на добровольной основе или за скромное вознаграждение школьные учителя, архитекторы и строители, работавшие на местах, работники учреждений культуры, врачи. Два года назад паспортизация была прекращена. Свод памятников стал исследовательской программой, лишенной свежего материала. К тому же было прекращено финансирование экспедиций в рамках программы.

В той ситуации стало неизбежным исчезновение во многих регионах России традиционной жилой застройки. Приходится говорить о гибели деревянных крестьянских домов и церквей русского севера. Среди старинной жилой застройки городов Центральной России утрат еще больше. В Угличе или Туле речь идет о выживании менее десятой части традиционного жилья. Исчезает большая часть выдающихся произведений промышленного зодчества XVIII–XIX столетий. Очень остро стоит вопрос о прославленных на весь мир сооружениях русского авангарда в Москве и тем более в регионах.

По мнению оратора, для того, чтобы исправить опасную ситуацию, необходимо в ближайшее время реабилитировать паспортизацию, признать действующим корпус составленных за 40 лет паспортов и лишь затем провести их обновление и начать мониторинг объектов культурного наследия на новом уровне. Головным органом, ответственным за научное руководство, сбор и проверку информации по разделам, посвященным архитектуре, может стать отдел свода памятников архитектуры Государственного института искусствознания МК РФ.

Опыт США, Великобритании, Франции, данные Международного совета по охране памятников и достопримечательных мест (ИКОМОС ЮНЕСКО) показывают, что решение таких проблем не требует грандиозных государственных расходов, особенно при использовании государственно-частных партнерств и активной роли гражданского общества. По некоторым экспертным оценкам, если использовать существующие структуры в столице и регионах, то возможно ограничиться 1,5 млрд рублей в год, отметил ректор МАРХИ.

Большой интерес вызвало выступление профессора МАРХИ, доктора архитектуры Михаила Шубенкова, который рассказал о проекте возвращения в культурный обиход земель, затопленных при создании Рыбинского водохранилища. В результате затопления Молого-Шекснинского междуречья было уничтожено 700 сел и деревень, 3 монастыря, 40 храмов. Но Даже через 70 лет потомки мологжан создали свое землячество, приплывают на место когда-то большого города Мологи, бросают в воду цветы, строят планы возрождения утопленного города.

Этот вопрос был поставлен перед студентами-дипломниками МАРХИ. После предпроектных исследований выяснилось, что уровень водохранилища может быть понижен на 4 м без особого ущерба для энергетики, но с большим преимуществом для программ возрождения утраченных природных ландшафтов. Из-под воды «выйдет» около половины затопленных территорий и треть поселений, в том числе главный уездный город Молога, который был крупнее и важнее Рыбинска перед затоплением. В 2011 году был выполнен дипломный проект, успешно защищен и передан в Рыбинск в музей города Мологи.

О конфликтах, которые возникают при восстановлении памятников архитектуры, говорила директор подготовительных курсов МАРХИ Ирина Топчий. Один из примеров – реконструкция музея-заповедника «Царицыно», проводившаяся в 2005–2007 годах. Противники масштабной реконструкции и достройки дворца утверждали, что памятник архитектуры утратит свою подлинность, навсегда лишится заповедного «духа места». Защитники проекта опирались на данные социологических исследований, мнение москвичей, проживающих на юго-востоке столицы. Дилемма решилась в пользу общественного мнения.

Не менее острые споры возникли вокруг реконструкции здания Большого московского планетария, которое является памятником архитектуры эпохи русского авангарда. В 2000 году проект реконструкции получил премию и диплом 1-й степени Союза архитекторов России. Неприязненное отношение к нему со стороны критиков было вызвано сложившимся подходом к реконструкции зданий, когда изменение первоначального облика воспринимается как утрата подлинности объекта.

После реконструкции, завершившейся в 2011 году, здание Планетария и получило новый облик и приобрело дополнительные функции: его площадь увечилась до 17 тыс. кв. м, были построены две обсерватории, в нем разместились интерактивный музей и кинотеатр. Оба проекта реконструкции подвергались критике со стороны профессионального сообщества и были реализованы под административным давлением.

Наиболее яркие социальные конфликты возникают в случае насильственного разрушения здания, признанного общественностью памятником архитектуры. Ирина Топчий напомнила о событиях лета 2011 года в Большом Козихинском переулке, когда снос жилого дома привел к драке между защитниками памятников и сотрудниками частной охранной организации.

Недооценка ценности объектов культурно-исторического наследия со стороны собственников и арендаторов, недостаточный учет экономических и социальных аспектов эксплуатации зданий со стороны архитекторов и реставраторов служат причинами как социальных конфликтов, так и утраты объектов, сказала она.

Об опыте работы музея МАРХИ, созданного в бывшей усадьбе выдающегося русского зодчего М. Ф. Казакова, рассказал директор музея, заслуженный работник культуры РФ Лариса Иванова-Веэн. Идею создания музея в доме Казакова поддержал академик Дмитрий Лихачев. Сегодня музей МАРХИ, созданный более 20 лет назад, собрал уникальную коллекцию изобразительных и документальных материалов архитектурно-художественных школ Москвы XIX–XX веков. Фонды музея насчитывают 30 тыс. единиц хранения, имеют высокую художественную ценность, включены в состав государственной части Музейного фонда РФ. Поскольку Музей МАРХИ близок по профилю с музеем архитектуры им. А. В. Щусева, в настоящее время рассматривается вопрос о преобразовании музея в филиал ГНИМА и размещении его в доме Казакова. Кроме того, в усадебных корпусах дома Казакова могла бы разместиться архитектурно-художественная школа, готовящая учеников к поступлению в высшие художественные учебные заведения. Но сегодня по причине недостатка финансирования и неопределенности статуса здания эта проблема остается нерешенной.

В принятой по итогам семинара резолюции участники отметили, что современное состояние объектов культурно-исторического наследия таково, что традиционные образы Родины могут быть утрачены навсегда. Среди факторов, влияющих на систему изучения и сохранения культурно-исторического наследия страны, они назвали несовершенство юридической базы и чехарду в законодательный сфере, отсутствие системы подготовки и повышения квалификации специалистов в области реконструкции и реставрации, слабые связи между участниками процесса реставрации, реконструкции и учета исторических памятников, практически отсутствующие связи между профессиональным образованием и практикой, а также недостаточное внимание к включению объектов культурного наследия в современную жизнь и неразвитые практики государственно-частного партнерства.

Анна Соколова,
ТПП-Информ

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.