Развитие отношений с Россией остается главным вектором внешней политики Киргизии

О перспективах отношений между Россией и Киргизией рассказывает премьер-министр республики Алмазбек Атамбаев.

– Алмазбек Шаршенович, по конституции Киргизской Республики (КР) премьер-министр совместно с президентом определяют внешнеполитический курс государства. Как сейчас развиваются отношения между Киргизией и Россией?

– Они развиваются очень динамично. Я держу постоянный контакт с моим российским коллегой Владимиром Владимировичем Путиным. Недавно я был в Москве, встречался и беседовал с ним по всему комплексу вопросов двусторонних отношений. Плодотворный диалог продолжается.

– Вы сами говорили, что одна из причин, которая привела вас в Москву нынешним летом, – перебои с поставкой нефтепродуктов из России. Сейчас эта проблема снята?

– Дефицита ГСМ наша страна более не испытывает. А во второй половине августа мы ждем в Бишкеке представителей российского министерства энергетики и ведущих энергетических компаний. Мы ожидаем серьезных подвижек по двум темам. Одна из них – активизация российского участия в электроэнергетических проектах в Киргизии. Две российские компании, «ИнтерРАО ЕЭС» и «Русгидро», проявляют большой интерес к участию в строительстве гидроэлектростанции «Камбар-Ата-1» и Верхне-Нарынского каскада ГЭС.

Второй темой будет обсуждение проекта договора с Россией о поставках ГСМ. Ведь «Газпромнефть», которая поставляет нам большую часть топлива, принадлежит «Газпрому», а в «Газпроме» государство обладает контрольным пакетом акций. Мы получим стабильную и предсказуемую ситуацию по поставкам, а Россия – гарантию от реэкспорта топлива в третьи страны.

Пользуясь случаем, хочу заметить: мы очень признательны российской стороне за то, что она не стала вводить в нынешнем году экспортную пошлину на топливо, поставляемое в Киргизию. Если бы эта пошлина действовала, то бензин стоил бы у нас на заправках в полтора раза дороже. Что потянуло бы за собой резкое удорожание всех остальных товаров народного потребления.

– В течение последнего года Россия идет навстречу Киргизской Республике. Но ставит ли она взамен какие-либо жесткие условия?

– Я могу вам ответить совершенно откровенно: никаких условий взамен нам не ставится. В Кремле хорошо понимают нашу сегодняшнюю сложную ситуацию и делают жесты доброй воли. В свою очередь, мы еще раз убеждаемся в том, как важно для небольшой страны, которой является Киргизия, иметь такого стратегического партнера. Ценность этой дружеской поддержки трудно переоценить.

– Как идут переговоры о вступлении Киргизии в Таможенный союз и Единое экономическое пространство?

– Они активно продвигаются. С самого начала мы понимали, что это постепенный процесс. Весной правительство Киргизии приняло политическое решение о необходимости присоединения к ТС. Было принято соответствующее постановление. На заседании Совета глав стран СНГ в Беларуси была образована рабочая группа, которая прорабатывает детали. При этом КР ставит своей задачей войти в ТС, не покидая ВТО. Это вполне реально, тем более что в ВТО хотят вступить и Россия, и Казахстан. Именно с этой точки зрения сегодня рабочая группа изучает все вопросы. Очередной шаг на пути интеграции, как мы ожидаем, будет сделан осенью на заседании Межгосударственного совета стран ЕврАзЭС. Там рабочая группа отчитается о достигнутых результатах, и мы поймем, как далеко удалось продвинуться.

– И тем не менее, между Россией и КР остается ряд нерешенных вопросов. Например, когда заработает российско-киргизское СП по поставке топлива на авиабазу «Манас»?

– Это очень серьезная тема. Достаточно сказать, что американская база потребляет в год значительный объем авиационного горючего. И интенсивность перевозок по нашему маршруту будет нарастать в ходе вывода натовского контингента из Афганистана.

Ситуация, когда керосин поставлялся на базу через цепочку мутных посредников, уходит в прошлое. Мы уже согласовали контракт по всем параметрам – по срокам поставок, по объемам – и с российской стороной, и с американской. В сентябре будет подписан контракт, и начнутся первые поставки. Мы начнем с амбициозных планов: в течение трех месяцев совместное предприятие должно доказать, что оно справляется со взятыми на себя обязательствами. Затем в скорой перспективе мы хотим довести его долю в поставках до 90 % всего авиатоплива, которое требуется базе.

– А сама американская база остается в Киргизии?

– Знаете, прежнее руководство КР со своим предвзятым отношением к взятым на себя международным обязательствам уже достаточно подпортило внешний имидж КР. Чтобы как-то изменить этот образ, мы просто обязаны выполнять уже заключенные договоренности. Договор по Центру транзитных перевозок истекает в 2014 году. Наша позиция такова: в полном соответствии со взятыми на себя обязательствами, мы уведомим за полгода до этого срока американскую сторону о прекращении действия договора, и с 2014 года здесь будет крупный гражданский международный транспортный узел. Участвовать в формировании этого хаба может любой капитал, хоть российский, хоть западный.

– Какова ситуация с торпедным заводом «Дастан»? Россия хотела бы получить пакет его акций, насколько я знаю.

– Наша позиция совершенно прозрачна и принципиальна. Сегодня правительство КР готово передать российской стороне в соответствии с прежними соглашениями. Не мы затягиваем решение этого вопроса.

– Понятно, для чего Киргизия стремится в Единое экономическое пространство. А что от этого может выиграть Россия?

– Рынок Киргизской Республики, конечно, не сопоставим по объемам с российским. Но, я думаю, польза от экономической интеграции будет взаимной. Есть возможность совместно работать на электроэнергетическом рынке Центральноазиатского региона. В ближайшее время в практическую плоскость может перейти и проект CASE-1000, предполагающий переброску избыточной электроэнергии из Киргизии и Таджикистана в Афганистан и Пакистан. Существует проблема рационального использования водных ресурсов региона. Здесь также открываются широкие перспективы, поскольку гидроресурсы КР велики. Есть необходимость урегулировать вопросы перетока трудовых ресурсов, товарных потоков и так далее. Крупномасштабных совместных проектов может быть очень много и с Россией, и с Казахстаном.

– Вопрос, который в России волнует сегодня многих. Если Киргизия войдет в Таможенный союз, то как вы будете бороться с проблемой афганского наркотрафика?

– Мы с наркотрафиком будем бороться вне зависимости от того, вступим в Таможенный союз или не вступим. Но присоединение к ТС, разумеется, накладывает на нас особую ответственность. Напомню российским читателям, что специальное ведомство, призванное бороться с незаконным оборотом наркотиков, при Бакиеве было попросту ликвидировано, что не может не наводить на определенные размышления.

Мы начали с того, что Комитет по контролю за незаконным оборотом наркотиков восстановили. Киргизская Республика заключила договор о сотрудничестве с Управлением ООН по борьбе с наркотиками и преступностью. Кстати, это управление сейчас возглавляет россиянин Юрий Федотов. Я лично подписал этот меморандум. По этой линии нашей антинаркотической службе уже поступила помощь в размере 4,5 млн долларов – спецтехника, оборудование для лаборатории и так далее. Это первый транш.

Мы подписали договор с руководителем ФСКН РФ Владимиром Ивановым о сотрудничестве, он приезжал в Бишкек. Россияне помогают нам оснащать подразделение антинаркотической службы на юге Киргизии. Наркополицейские наших стран провели уже успешные совместные операции, в том числе в Восточной Сибири. Разговор о том, как мы сами укрепляем южную границу, наращиваем численность погранвойск, в том числе за счет передачи частей из министерства обороны, как усиливаем таможенную службу, – это отдельная большая тема.

Я не буду скрывать, что наркобизнес в последние десять лет в стране разросся и наладил широкие коррупционные связи, включая правоохранительные органы. Недавно, например, в КР был задержан бывший сотрудник милиции с 49 килограммами героина! Есть оперативные данные, позволяющие предположить, что лоббистами наркобаронов могут выступать и отдельные политики. Но правительство Киргизии ведет с этими проявлениями бескомпромиссную борьбу. А для России в любом случае будет выгоднее бороться с бедой на дальних подступах, чем уже на собственной территории.

– Алмазбек Шаршенович, вы говорите о том, что российскому капиталу будут рады в Киргизии. Однако представители горнодобывающих и других российских фирм жалуются на то, что при объявлении тендеров на месторождения их оттирают от участия.

– Наше правительство, а также МИД Киргизии находятся в тесном контакте с российскими коллегами. Если от них поступают какие-то жалобы на то, что к вашим компаниям относятся предвзято или пытаются вымогать взятки, или что-то еще – они информируют нас, а мы немедленно досконально разбираемся со всеми фактами. Коррупцию Киргизия еще не победила, что скрывать. Но у нас есть политическая воля для того, чтобы ее обуздать. Иначе к нам никогда не придут инвесторы – ни российские, ни какие-либо другие. Я верю, что нам это по силам.

 Беседовал Александр Шахназаров,
агентство «Росбалт»

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.