Министрам иностранных дел России и Японии не удалось преодолеть разногласия между двумя странами по спорным островам Южнокурильской гряды во время переговоров в Москве на прошлой неделе. Глава японского МИДа Сэйдзи Маэхара даже заявил, что более семи тысяч японцев хотят вернуться на четыре острова Курильской гряды, поскольку «исторически там никогда не жили русские и там жили только японцы», добавив, что в отношениях Японии с Россией «еще не закончен послевоенный период». В то же время Япония готова рассмотреть возможность экономического сотрудничества на спорных островах, а также обещала в ближайшее время ратифицировать соглашение с РФ о сотрудничестве в области мирного использования ядерной энергии.

Ситуацию комментирует эксперт-востоковед Евгений Арбенин.

Сказанного японским министром достаточно, чтобы понять, что в японской дипломатии все четче просматривается, казалось бы, забытая психология самурая – запугать соперника громкими криками и грозными позами, а не получится – купить.         

Стоит напомнить, на каком фоне проходил визит главы японского МИДа: с 2010 г. наблюдается  целенаправленное и непрерывное обострение Японией спора с Россией по проблеме принадлежности четырех островов Курильской гряды, который достиг с японской стороны беспрецедентного и ранее не характерного для  политического диалога уровня откровенной грубости и демонстрации неуважения.

Закономерно задаться вопросом: почему? В силу каких причин японская политическая элита в лице премьера Кана в последнее время сочла возможным и допустимым пересечь черту нормального политического диалога и позволить себе комментировать правомочность поездок руководства РФ по собственной стране, осуждать его и демонстрировать свою «несгибаемую» волю?  

Почему за все годы существования СССР данный вопрос не обсуждался вообще, а в последнее время Япония с новым пылом и в агрессивной форме выдвигает территориальные претензии к России? Почему глава японской дипломатии полагает возможным ехать на переговоры с предварительным публичным озвучиванием ультимативных требований и деклараций принципиальной неуступчивости по главному вопросу переговоров?

Почему, несмотря на твердую позицию и решительные действия российского руководства в последние месяцы по вопросу принадлежности островов и практической невозможности им помешать, Япония считает возможным начинать переговоры с позиции силы и демонстрации неуступчивости? Какие факторы во внутренней и внешней политике России и Японии и их союзников повлияли на решимость японской дипломатии сбросить цилиндр и надеть шлем самурая на переговорах с Россией?

Рассмотрим все факторы, могущие объяснить приступ агрессивности Японии.

Первое. Чисто внутриполитические проблемы правительства Кана. Нынешнее правительство Японии испытывает внутренние проблемы, в частности, с утверждением бюджета на 2011 г., с потерей большинства в верхней палате, падением популярности с 53% в 2009 г. до 35% в настоящее время. Но не более того. Игра на патриотических комплексах нации – традиционный прием подкрепления популярности  среди избирателей и рассчитана главным образом на молодежь. Однако этот прием хорош для  «внутреннего потребления» и совершенно неприемлем для «внешнего».

Второе. Внутриэкономические трудности. Да, и они есть – «японское экономическое чудо» ушло в прошлое и последние 20 лет японская экономика буксует – банковская система сбоит, темпы роста ВВП колеблются вокруг 1,5-2%, растет уровень банкротств и безработицы. Только что было объявлено, что крупнейшей экономикой в мире после США впервые стал Китай, занявший место Японии. В конце года японский ВВП составил 5,474 трлн долларов, в то время как в КНР этот показатель приблизился к 5,8 трлн долларов.

Поскольку Япония – это второй в мире держатель американских казначейских билетов и  этим привязана к доллару, то финансово-экономический кризис 2008 г. только усугубил ситуацию, в результате чего японская йена потеряла былую привлекательность в качестве компонента золотовалютного резерва многих стран, включая Россию, и замещается более надежными валютами Австралии и Канады.   

Однако наблюдаемое воспаление территориальных претензий к России никоим образом не укрепит йену и не придаст импульса оздоровлению экономики. Для этого требуются обширные и долгосрочные реформы.

Третье. Внешнеполитические причины. Их тоже в избытке. Япония имеет натянутые отношения практически со всеми соседними странами – от России до Южной Кореи и Индонезии. Причем с Китаем, Тайванем, Южной Кореей и Россией именно по территориальным вопросам. При этом ни одна из стран не демонстрирует готовности уступить японским претензиям ни на политической, ни на экономической основе т.е. ни отдать, ни продать. Причем почти все соседи Японии, к которым она предъявляет претензии, имеют ядерное оружие.

Таким образом, территориальные претензии  практически ко всем соседям можно считать фундаментальным аспектом внешней политики Японии, от которой она не отказывается – как, впрочем, и не преуспевает ни по одному из направлений. Возникает вопрос: если не преуспевает, то почему не отказывается? На кого и на что рассчитывает Япония в затяжной конфронтации с Россией?

Ответ на этот вопрос дала в конце 2010 г. госсекретарь США Хилари Клинтон в Ханое на трехсторонней встрече КНР, Японии и США по территориальной проблеме между Японией и Китаем. Она, в частности, заявила, что «США не имеют определенной позиции по территориальной принадлежности островов Синкаку, но они определенно подпадают под положения американо-японского договора о безопасности, а значит нуждаются в защите (читай: американской).

На той же встрече госсекретарь США предложила китайской делегации посредничество США в урегулировании проблемы, что было твердо отвергнуто китайской стороной. После такого ответа территориальные претензии Токио к Китаю  притихли и были переадресованы России. Относительно позиции США в отношении претензий Японии к РФ еще определенней высказался пресс-секретарь Госдепа США Филлип Краули: «...да, мы поддерживаем позицию Японии».    

Здесь уместно вспомнить историю перехода  Курильских островов под суверенитет России. Не вдаваясь в подробности, ее можно коротко свести к констатации факта проигрыша императорской Японией Второй мировой войны и потери всех ранее оккупированных ею территорий. Результаты войны закреплены в Акте капитуляции Японии союзным войскам, подписанном 2 сентября 1945 года на борту американского линкора «Миссури». Вскоре  Япония подписала мирный договор с США, признав все без исключения требования американцев.

Однако аналогичный мирный договор Японии  с СССР подписан не был, и формально две страны остались в состоянии войны. Почему он не был подписан – тоже достаточно хорошо известно: после окончания войны США провозгласили курс на мировое господство, которого они придерживаются и по сей день, и территория Японии им была нужна и остается нужной в качестве «непотопляемого  авианосца» у дальневосточных границ сначала Советского Союза, а теперь России и Китая. 

Гарантом безопасности, а следовательно и внешней политики Японии, остаются США. Таким образом, за взрывом территориальной ностальгии японского  премьера стоят все те же геополитические интересы США в Тихоокеанской зоне, а претензии Японии служат только инструментом, поскольку интересам  собственно Японии они отвечают в меньшей степени.

Другими словами, Япония играет роль типичного «мальчика-провокатора», рассчитывая на «большого брата» за спиной. Оборотная сторона такой политики – натянутые отношения со всеми соседями. Следовательно, в рассматриваемой  ситуации Россия имеет дело с тандемом, в котором «ведущий» партнер в лице США пытается достичь  своих геополитических  целей, а «ведомый» – Япония – своих локальных целей.

Каковы могут быть цели США? Прежде всего, сдержать рост экономического и военного присутствия России в АТР. Развитие топливно-энергетического комплекса Сахалина, развитие Дальнего Востока, строительство трубопроводов  в Китай, поездки президента и министров правительства России по региону и, в частности, на Курильские острова прямо указывают на стремление РФ расширить свое участие в экономике этой глобальной экономической зоны.

Российскому тихоокеанскому флоту (ТОФ) отводится одна из приоритетных ролей. Он получит большую часть новых кораблей и подводных лодок. Именно на ТОФ будут направлены новые вертолетоносцы типа «Мистраль». Кроме того, владение Курилами делает Охотское море внутренним морем России, что позволяет иметь здесь закрытые ракетные полигоны для баллистических ракет и базы подводных лодок. Поэтому, с точки зрения США, Россию надо остановить и исключить возможности ее дальнейшего военного усиления.

Потеря же Россией даже одного острова Курильской гряды откроет доступ в Охотское море не только для «мирных» японских рыбаков, но и для многочисленных разведывательно-боевых средств США, закупорит главную базу ТОФ во Владивостоке. А потеря всех островов перекроет транспортные пути для российского экспорта и создаст в случае необходимости условия для экономической блокады.

В чисто политическом плане та же уступка хотя бы одного острова Японии тут же выстроит длинную очередь других претендентов на «свои» исторические земли в России. Именно на это, в частности, рассчитывает Япония. Помимо прямого доступа к богатейшим природным ресурсам Охотского моря, она сможет претендовать на другие российские территории. Можно не гадать, что следующим в списке станет Сахалин и его шельф с запасами нефти и газа

На что же рассчитывают США и Япония в начатой кампании по захвату, если называть вещи своими именами, Курил? Ведь позиция России уже твердо озвучена Президентом РФ, и намерение укреплять Курилы подтверждается визитами министров, включая главу обороны, на эти острова. Намек на ответ содержится в статье газеты «Асахи Симбун», предварившей визит главы японского МИДа в Москву, где сказано: «Сейчас в России начинается сезон большой политики – выборы осенью в Госдуму, а весной выборы президента. Поэтому   СЕЙЧАС успех в территориальных вопросах маловероятен, СЕЙЧАС вдвойне важно добиваться успеха в других областях».

Собственно, не так давно двусмысленные заявления некоторых российских политиков допускали возможность торговли в виде дележа четырех островов в разных пропорциях или в рамках «совместного» управления и развития. Именно эта неоднозначность российской позиции и дает надежду Японии и США на реализацию своих притязаний и целей. Да, сейчас Россия демонстрирует твердость перед выборами, но начнем ее размачивать обещанием инвестиций, взаимовыгодного сотрудничества и т.д. Сначала потопаем ногами, а потом предложим денег. Глядишь, и получится.

Следует отдавать себе ясный отчет, что никакое партнерство и никакие инвестиции не оправдывают территориальные уступки. Политики, партнеры, союзники, враги и деньги приходят и уходят, но потерянные территории только уходят и НИКОГДА  мирно не возвращаются. Действительно,  окончательным решением территориально спора с Японией и всех возможных территориальных претензий в дальнейшем будет только  законодательное, на уровне поправки к Основному Закону (Конституции) закрепление запрета любой ветви власти, любой партии и любому должностному лицу при любых обстоятельствах даже обсуждать вопрос территориальной целостности России.

Наша территория – это ресурс выживания российской нации и всех составляющих ее народов, а в вопросах выживания компромиссов быть не может.

ТПП-Информ

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.