Законотворчество и хозяйственная деятельность: работа над ошибками

В публикациях российских СМИ на экономические темы в последнее время явно превалирует тема исправления ошибок, ранее допущенных в самых разных областях и направлениях жизни страны, но преимущественно – в законотворчестве и хозяйственной деятельности.

Раскрывая утром газету или журнал экономического направления, можно найти минимум один, а скорее всего два-три и больше материалов, о том, как парламент исправляет и дополняет ранее принятые законы, а хозяйственные министерства и ведомства делают то же самое со своими инструкциями, положениями, распоряжениями и т. д. Как правило, речь идет о различных поправках в инструкции, законы, правила, положения и проч.

Даже опытнейшие юристы центральных и региональных ведомств и предприятий часто бывают не в состоянии уследить за этим бурным потоком изменений и корректировок и волей-неволей, в свою очередь, допускают ошибки в составлении контрактов, всякого рода разрешительных и других документов, которые затем неизбежно сказываются на результатах хозяйственной деятельности компаний и целых отраслей.

Ошибки в важнейших документах, регулирующих работу государственного механизма и его важнейших звеньев, – это, по сути, брак в работе властных структур и органах хозяйственного управления. Этот брак ведет к правовой нестабильности, ухудшает условия для бизнеса, снижает приток инвестиций. В чем истоки и первопричины такого брака? И заслуживают ли ошибки такого рода, а также их авторы и виновники критики и осуждения?

Конечно, какая-то доля ошибок а работе тех же законодателей, возможно, и допустима – не зря говорят: не ошибается тот, кто ничего не делает. Но число поправок в законы нередко «зашкаливает» и невольно наводит на мысль: а достаточно ли квалифицированные, опытные, знающие и, в конце концов, просто умные люди их принимали? По свидетельству газеты «Ведомости»,

Четвертая Дума (2004–2007) внесла 75 изменений в Кодекс об административных правонарушениях, 23 изменения в Налоговый кодекс, 130 поправок в Арбитражный процессуальный кодекс.

Но абсолютный рекорд установил Уголовно-процессуальный кодекс – в него было внесено около 600 поправок. Ошибки и элементарные «невнятности» в текстах российских законов приводят к многочисленным обращениям граждан в Конституционный суд. В 2002–2009 гг. этот суд принял 12 постановлений, касающихся применения Гражданского процессуального кодекса, 10 – Уголовно-процессуального и 7 – Арбитражного процессуального кодексов.

Отчасти на качестве законодательных актов сказывается спешка с их принятием. Между тем есть немало работ авторитетных ученых-правоведов, в которых убедительно доказывается, что слишком большое число принятых законов и проявляемая при этом спешка отрицательно сказывается на качестве актов.

Некоторые примеры исправлений ранее принятых законодательных актов стали буквально хрестоматийными. Более того, властные структуры нередко принимают прямо противоположные, взаимоисключающие решения. Скажем, в 2008 г. Госдума разрешила водителям умеренно употреблять спиртное – так, чтобы содержание спирта в крови не превышало 3 промилле. Но недавно те же депутаты проголосовали за нулевое содержание алкоголя. Или совсем недавний пример: знаменитая история со сносом киосков в Москве.

Нередко ошибки в законотворческой работе приводят к колоссальным, многомиллиардным потерям. Как, например, принятие в 2006 г. ущербного, очевидно недоработанного Лесного кодекса, обернувшееся летом 2010 года массовыми лесными пожарами. Уже то, что в проект этого кодекса представителями бизнеса, науки, экологами, чиновниками в регионах было внесено более полутора тысяч поправок (большая часть которых, впрочем, была проигнорирована), должно было насторожить депутатов Думы и предостеречь от поспешных решений.

Много проблем порождают нечеткие, «размытые» формулировки в нормативно-правовых документах, что тоже определенно нужно считать грубейшими ошибками, допущенными их создателями. Скажем, полтора года прошло с момента запрета в стране азартных игр, за исключением четырех игорных зон, но, по единодушному мнению, ожидаемого результата не достигнуто.

Все, кто следит за перипетиями экономического развития страны, помнит, какие надежды возлагались на госкорпорации. Прошло совсем немного времени и вот – «задний ход». Минэкономики обнародовал целый пакет поправок к закону 1966 года «О некоммерческих организациях», которые резко ужесточают режим управления госкорпорациями. Причем одновременно придется вносить поправки и в еще один закон – 1995 года – «О счетной палате РФ».

Так как же быть с ошибками, как сократить их число и ущерб от них?

Важный этап на пути к этой цели – демократизация социально-хозяйственного управления. Можно тысячу раз предавать анафеме то, как управлялась великая страна в прошлом, можно бесконечно иронизировать по поводу эффективности и заданности «обсуждений» директив к очередному съезду партии, но я уверена: во всем этом все же было рациональное зерно.

К сожалению, только сидя в архивах можно сравнить, как выглядели те же «директивы» до и после их обсуждения на страницах газет и журналов. Я сидела и сравнивала: нечетких формулировок, допускающих двойственных толкований, практически не оставалось, мнение многих самых простых граждан учитывалось, и они направляли в газеты и журналы свои предложения не зря.

С некоторых пор всенародное обсуждение общественно значимых законов до внесения их в Госдуму, похоже, входит в нашу повседневную практику. Правда, в виде, несколько отличном от того, что был принят в «докомпьютерную эпоху», т. е. в 60-е – 70-е гг. В течение двух месяцев проект закона «О полиции» был вывешен на сайте www.zakonoproekt2010.ru. Теперь его место занял проект закона «Об образовании». Комментарии, как и на предыдущий законопроект, будут приниматься в течение двух месяцев.

Обсуждение в Интернете частично возвращает хорошо зарекомендовавшую себя прежде практику. Однако возникают кое-какие вопросы. Во-первых, страна до конца еще не компьютеризирована, и газетный лист для многих – единственное и притом привычное место для высказывания своего мнения. И, во-вторых, доступность компьютерных дискуссий, увы, привнесла в них огромное количество «мусора» – высказываний поверхностных, несерьезных. На одно дельное предложение приходится полсотни откровенно несерьезных, «юморных», а то и просто хулиганских высказываний.

Итак, публичное обсуждение законопроектов, проектов правительственных решений, интересных мыслей и предложений политиков и ученых, наконец, – вот один из путей предотвращения ошибочных решений так называемого Центра. На периферии то же самое, но на соответствующем, более низком уровне. При условии, что власть будет серьезно относиться к «голосу снизу», изучать, систематизировать и учитывать высказанные мнения.

Второе – публичный же анализ причин ошибок. Как-то наш президент Дмитрий Медведев в одном из своих выступлений употребил термин «коррупционная емкость» закона либо аналогичного документа. Это значит, что тот или иной закон открывает возможности для коррупционных действий. Что, возможно, свидетельство ошибки, недостаточной грамотности автора законопроекта. А возможно, и не только этого: «дефектная» формулировка не случайна и продуманна, открывает возможности для обогащения братьев, сестер, сватьев и зятьев предложившего ее депутата и не только их.

Еще один путь предотвращения ошибочных решений – предварительная экспертиза проекта учеными. Что бы нам про них ни говорили, деятели науки на сегодня – наименее коррумпированная часть общества, и в большинстве случаев их мнениям и позиции можно верить. В ряде случаев целесообразно заказывать экспертные заключения на конкурсной основе – так больше шансов, что, сопоставляя разные мнения, в итоге мы обязательно получим истину.

И, наконец, об ответственности за ошибки. Любая такая ошибка имеет фамилию, имя и отчество, и страна должна знать своих «героев». Вовсе не обязательно немедленно снимать их с работы, у каждого должен быть шанс доказать профессиональную компетентность и отсутствие злонамеренного умысла, действий в интересах коррупционеров. Но гласность в подобных вопросах все же нужна. Ибо только она способна привить в будущем осторожность и осмотрительность в принятии решений и предостеречь от новых ошибок. 

Не раз доводилось слышать мнение, что, мол, ошибки в законотворчестве и вообще в принятии и документальном оформлении решений носят системный характер, что они – свидетельство недостаточного профессионализма и компетенции власти. Это спорная позиция. Серьезные и даже гораздо более масштабные ошибки были и прежде. Чего стоит, к примеру, приватизация начала 90-х гг., неудачную концепцию которой, поспешность ее проведения и малую эффективность признают даже многие ее организаторы.

Но, в принципе, хорошо, что власть признает многие свои ошибки и стремится их по возможности оперативно исправить. В этом залог того, что ошибок станет меньше, а поступательное движение экономики страны – быстрее.

Маргарита Петрова,
экономист

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.