Сообщение о том, что Россия и Китай ведут переговоры о переносе на российский Дальний Восток ряда китайских заводов, в том числе химических и металлургических, вызвало широкий общественный и медийный резонанс как в самой РФ, так и за рубежом, а также острую дискуссию между сторонниками и противниками этого проекта.
Как известно, договоренность о возможном появлении китайских предприятий в регионах ДФО была достигнута во время визита министра РФ по развитию Дальнего Востока (Минвостокразвития) Александра Галушки в Пекин и зафиксирована в Меморандуме о взаимопонимании по укреплению российско-китайского регионального, производственного и инвестиционного сотрудничества на Дальнем Востоке между Минвостокразвития РФ и Госкомитетом по развитию и реформе (ГКРР) КНР. Подписание документа прошло в декабре 2015 года в рамках заседания 20-й регулярной встречи глав правительства России и Китая в присутствии премьер-министра РФ Дмитрия Медведева и премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна.
Речь идет о переносе предприятий 12 различных отраслей, в т. ч. строительной индустрии, энергетики, металлургии, машиностроения, судостроения, химической промышленности, текстильной промышленности, цементной промышленности, телекоммуникаций, сельского хозяйства. По словам директора департамента внешнеэкономической деятельности, привлечения частных инвестиций и поддержки экспорта Минвостокразвития Рустама Макарова, взаимодействие министерства с ГКРР КНР базируется на взаимопонимании по следующим вопросам: стопроцентное соблюдение российского законодательства, не менее 80% – российская рабочая сила, безусловный приоритет российских поставщиков и подрядчиков.
«Мы предлагаем китайским инвесторам рассмотреть российский Дальний Восток как потенциальную площадку для инвестиций. Сейчас они изучают разные возможности. Весьма конкурентоспособные условия существуют в Мьянме, Бангладеше, Таиланде и других странах. Наша задача – понять, какие инструменты и механизмы мы можем предложить, чтобы конкурировать с другими странами», – заявил Макаров.
Но у проекта есть и немало критиков, особенно среди экологов, которые опасаются появления на Дальнем Востоке России именно «грязных» китайских производств – источника пресловутого смога и других вредных для окружающей среды и здоровья населения факторов. Ряд экспертов и общественников заявляют, что планы перенести часть производства за рубеж по примеру Японии появились у Китая в ноябре 2014 года с целью решить проблему серьезного загрязнения окружающей среды в этой стране. Они считают, что китайские власти хотят экспортировать неэкологичное производство, создавая в бедных странах металлургические заводы и другие предприятия. Речь при этом в первую очередь шла о странах Африки, Западной и Юго-Восточной Азии.По его словам, взаимодействие с КНР основано на полном соблюдении российского законодательства, особый вопрос уделяется экологической составляющей проектов. «Российское экологическое законодательство одно из самых строгих в мире. Ни один проект, который не соответствует экологическим нормам, не может реализовываться по определению. Грязным производствам нет и не может быть места на Дальнем Востоке», – заверил Макаров.
Кроме того, в Китае считают, что это поможет устранить и проблему перепроизводства, поскольку китайские производители стали, цемента и стекла располагают избыточными мощностями, которые не нужны сейчас, когда экономика больше не растет по 10% в год. Для начала власти КНР намерены «разгрузить» крупнейшего производителя стали – провинцию Хэбэй, а вместе с ней и весь север страны, где фиксируется самая высокая в КНР загрязненность воздуха. В провинции Хэбэй расположены семь самых загрязненных городов Китая, этот регион – крупнейший источник сернистого газа в стране. Каждый год здесь производится 200 млн тонн стали, что в два раза больше, чем производят США, и четверть всего китайского производства.
Справедливости ради надо признать, что у китайского производства пока не слишком хорошая репутация в сфере экологии и промышленной безопасности. Так, эксперты из российского «Гринпис» подчеркивают, что Китай никогда не отличался особо экологичными и безопасными производствами. Один из известных недавних примеров – крупная техногенная катастрофа в городе Тяньцзин, где в августе 2015 года на химических складах произошли мощные взрывы. В результате погибли более 170 человек, было уничтожено более тысячи автомобилей, разрушены жилые дома, произошел выброс в атмосферу высокотоксичных веществ.
Ряд экологов также утверждают, что установленные в России экологические требования крайне слабы и, как правило, не соблюдаются на практике. Они ссылаются на многочисленные случаи деградации природоохранного законодательства в РФ в интересах бизнеса. Кроме того, многие опасные химические вещества, которые используются на заводах КНР, в России не подлежат нормированию и, следовательно, контролю.
Тем не менее многие серьезные эксперты в России не склонны драматизировать эту ситуацию и видят в возможном появлении на Дальнем Востоке немало плюсов и выгод. Так, по мнению заместителя директора Института Дальнего Востока РАН, директора Центра экономических и социальных исследований Китая Андрея Островского, условия, предлагаемые в территориях опережающего развития (ТОР), являются привлекательными для китайских инвесторов и выгодными для нашей страны. «Китаю нефти недостаточно, у них недостаточно нефтеперерабатывающих мощностей. На Дальнем Востоке в Амурской области в ТОР будет построен нефтеперерабатывающий завод, который примерно процентов на 30 может поставлять бензин в Дальневосточные регионы, а на 70 процентов – в Китай. Мы же будем получать за экспорт продукции валюту», – сказал эксперт.
Руководитель программы «Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе» Московского центра Карнеги Александр Габуев считает, что модель ТОР является абсолютно верной и рассчитана на экспорт в страны АТР. Вместе с тем эксперт уточнил, что «нужно хорошо обсудить условия реализации проектов, для того чтобы они стали реальностью, а не только договоренностью на словах. Нужно четко знать, зачем китайцы переносят и что мы на самом деле можем им предложить». По его мнению, «если даже удастся перенести несколько китайских заводов, это будет важно и хорошо».
Речь ни в коем случае не идет о переносе на нашу территорию каких-то непонятных производственных мощностей. Кроме того, в самом Китае люди умеют считать деньги, там не расстанутся ни с одним из собственных станков, если не будут понимать, что это им даст», – заявил Падалко.Директор департамента внешних связей и работы с деловыми советами ТПП РФ Владимир Падалко также считает опасения в отношении китайского производства в РФ беспочвенными. «Министерство по развитию Дальнего Востока укомплектовано отличными и сведущими в китайских делах специалистами. Поэтому когда они разговаривают с нашими партнерами из КНР на предмет инвестиционного сотрудничества, обсуждается учреждение совместных предприятий в ТОРах.
По его мнению, у двух стран большое поле для сотрудничества. Если китайские компании, просчитав экономическую целесообразность, придут в ТОРы с предложениями по созданию СП для переработки древесины, полезных ископаемых, сельхозпродукции, то эти инициативы будут рассмотрены и на федеральном, и на местном уровне. И выиграют от этого все: и те, кто заинтересован в получении этой продукции, и сам Дальневосточный регион, уверены в ТПП.
«При этом никто сюда не притащит морально устаревшие технологии, от этих страшилок нужно уходить. Мы будем работать на оборудовании, которое будет соответствовать современным требованиям», – считает Падалко. По его словам, КНР доказала, что она может делать производственные линии, не уступающие хорошим западным аналогам. Благодаря этому Россия будет закупать только такое оборудование, с помощью которого можно выпускать высококачественную, конкурентную продукцию.
Директор Центра исследований постиндустриального общества Владислав Иноземцев считает, чтоРоссия может быть вполне хорошим местом для расположения китайских предприятий, которые требуют большого количества сырья и электроэнергии. Наши люди будут работать на современных предприятиях, учиться современным технологическим процессам, при этом РФ будет поставлять за рубеж не только сырье и материалы. Ведь китайцы начинали таким же образом. Фактически приходили иностранные компании и создавали там производства, и это были первые шаги для становления Китая как экспортной державы, отметил эксперт.
Председатель Законодательного собрания Еврейской автономной области Анатолий Тихомиров уверен, чтопривлечение в дальневосточные регионы иностранного бизнеса в значительной степени помогло бы решить проблему отсутствия достойных рабочих мест и оттока населения. Причем решить комплексно.
Дискуссия о переносе промпредприятий Китая в регионы ДФО РФ все еще продолжается, но в любом случае судьба этого проекта и его возможные последствия для Дальнего Востока и всей России будут зависеть от того, смогут ли федеральные и региональные власти выполнить взятые на себя обязательства и обеспечить должный контроль за выполнением всех условий договоренностей с китайской стороной, в первую очередь в сфере экологического контроля и безопасности производства. Хотя, как показывают опросы общественного мнения, страхи по поводу экологии и экспансии в Россию «грязных» китайских производств по мере удаления от Москвы на восток существенно уменьшаются.На предприятиях, которые построят предприниматели Китая, Кореи или Японии, будут работать сами дальневосточники. Эти предприятия начнут платить налоги в бюджеты дальневосточных субъектов, станут потребителями отечественных энергоресурсов и сырья. Успешные предприятия с привлечением иностранного капитала способны возродить малые города, решить целый ряд социальных проблем, усовершенствовать инфраструктуру.
Михаил Большаков,
ТПП-Информ
