Сейчас, когда Владимир Путин не препятствовал присоединению к России Крыма и намекнул, что его армия может перейти границу в целях защиты русских на востоке Украины, Вашингтон поднялся, обсуждая вопрос об отправке американских войск в Восточную Европу. Однако Патрик «Пэт» Бьюкенен, трижды баллотировавшийся на пост президента США, увидел в президенте России Владимире Путине идеологического единомышленника. Известный своими консервативными взглядами американский публицист и политик заявил, что Путин, «возможно, имеет более четкое видение будущего, чем американцы, находящиеся в плену представлений холодной войны, и чем лидеры, продвигающие либеральную повестку дня». И привел свои аргументы.
Если у нас не помутился рассудок, мы не станем воевать с Россией за территорию, которую ни один президент никогда не считал важной для Америки. На самом деле, если Путин присоединит восточную и южную Украину вплоть до Одессы, он просто восстановит российскую власть над той территорией, которая принадлежала России с тех пор, как первый президент Соединенных Штатов Америки Вашингтон принес присягу, и до тех пор, когда свою присягу в 1989 году принес Джордж Буш-старший.
Это не довод в пользу того, чтобы игнорировать действия России. Но это довод в пользу того, чтобы проанализировать, что важно, а что нет, что создает нам угрозу, а что не создает, в чем реальная сдерживающая сила, мешающая воссозданию советской империи. Прежде чем мы начнем отправлять свои войска в Европу, как делали это 65 лет назад при Гарри Трумэне, давайте зададим себе вопрос: разве американская армия, никогда не переправлявшаяся через Эльбу и не воевавшая с Красной Армией, разрушила Советский Союз? Нет. Народы Восточной Европы и СССР освободила их воля и решимость быть свободными, самостоятельно решать свою судьбу, а также создавать или воссоздавать государства, исходя из истории, языка, культуры и этнической принадлежности. Империю разрушил национализм. А Михаил Горбачев выпустил эти страны на свободу, потому что Россия не желала сохранять империю силой принуждения и потому что Россия сама хотела быть частью свободного мира.
Возможно, Путин не прочь вернуть русских Украины и Белоруссии обратно в состав Великороссии. Но разве кто-нибудь верит в то, что он хочет вернуть под власть Москвы румын, болгар, поляков, венгров, чехов или словаков? Путин знает, что его собственный рейтинг популярности, достигающий почти 80 процентов, напрямую связан с мнением о нем как о националисте, который готов противостоять американцам и их притязаниям на роль архитекторов нового мирового порядка.
И величайшим союзником Америки в этом мире после холодной войны является национализм, а не НАТО, полная нахлебников и приживал.
Именно национализм дал свободу угнетенным странам, расколол Советский Союз, разделил надвое Чехословакию и на семь стран Югославию. Национализм заставил чеченцев предпринять попытку отделиться от Москвы, абхазов и южных осетин выйти из состава Грузии, а крымчан — сказать до свидания Киеву. А поскольку национализм разделил на части советскую империю, он точно так же помешает их возрождению. Если Путин начнет вторжение и присоединит всю Украину, а не только Крым и восток, где русские составляют большинство, его страна столкнется с таким же сопротивлением оккупированной западной Украины, какое мы сегодня наблюдаем в Дагестане, Ингушетии и Чечне. И Путин знает это.
Но если восток Украины на майских выборах продемонстрирует свое намерение отделиться и присоединиться к России либо стать самостоятельным государством, почему мы должны автоматически выступать против этого? Разве мы сами не являемся гордыми наследниками борцов за независимость с 1776 года? Если мы застенчиво наблюдаем за стремлением Шотландии отделиться от Англии, Каталонии от Испании, Венеции от Италии и Фландрии от Бельгии, то почему отделение Донбасса от Украины должно быть для нас проблемой, если все это будет делаться демократическим путем?
Национализм — это естественный враг империй, и похоже, что сегодня он везде на подъеме. Утверждение китайского национализма (Пекин претендует на острова, которые Япония оккупировала более ста лет назад) вызвало возрождение японского национализма, пребывавшего в спячке со времен Второй мировой войны.
Усиление национализма в Японии привело к подъему антияпонского национализма в Корее. Величайшим врагом Китая на сегодня является азиатский национализм. Индия с негодованием говорит о том, что Китай удерживает территории, отнятые у нее во время войны полвека назад, а также наращивает свое военно-морское присутствие в Индийском океане. Территориальные притязания Китая в Южно-Китайском море привели к возрождению антикитайского национализма во Вьетнаме и на Филиппинах. На западе Китая уйгуры прибегают к насилию и даже террору, пытаясь отделить Синьцзян-Уйгурский автономный район от КНР и надеясь на то, что им удастся превратить его в независимый Восточный Туркестан. Национализм курдов, которые были союзниками Америки во время «Бури в пустыне», сегодня угрожает единству Турции, Сирии, Ирака и Ирана.
В ходе майских выборов в европарламент наверняка усилят свои позиции Партия независимости Соединенного Королевства в Англии, Национальный фронт Марин Ле Пен (Marine Le Pen) во Франции, Партия свободы Герта Вилдерса (Geert Wilders) в Голландии и прочие националистические партии, которые в последнее время укрепляются по всей Европе. Можно сказать, что эти партии вторят Путину. Если он хочет, чтобы Украина не вступала в ЕС, то они хотят, чтобы их страны вышли из ЕС.
Сепаратизм и национализм сегодня в цене и на подъеме. Централизация и глобализация — это вчерашний день. Появляется новый мир. Вряд ли это приятная новость для транснациональных элит, борющихся с изменениями климата и с глобальным экономическим неравенством. Но трудно понять, какая угроза таится во всем этом для подлинных интересов американского народа.
Елена Антонова,
ТПП-Информ
