Удача в большой политике обычно сопутствует тем, кто в результате каких-либо обстоятельств, или благодаря собственной инициативе, выходит с нужной идеей и в нужное время. Обязательным условием успеха является также востребованность данной идеи людьми. Попробуем порассуждать, отталкиваясь от этих проверенных принципов, над российскими предложениями по поводу в Санкт-Петербурге встречи на высшем уровне, так называемой «Большой восьмерки».

Идеи Москвы для впервые проходящего в России саммита в основном поддержаны другими странами-участницами. Они обкатаны на недавних заседаниях министров этих государств с участием Китая, Индии, Бразилии, Мексики и ЮАР, не входящими в «восьмерку». В.В. Путин в публичных выступлениях подтвердил решимость российской стороны продвигать эти предложения в будущих дискуссиях и дал отмашку команде, готовящей саммит, выйти на финишную прямую. Таким образом, у общественности появилась возможность проанализировать главный, на наш взгляд, пункт повестки дня, сформулированный президентом, . энергетическую безопасность.

В чем суть идеи?

Россия считает, что стратегической задачей «Группы восьми» и международного сообщества в целом является создание для нашей планеты надежной и всеобъемлющей системы энергетической безопасности. Для В.В. Путина несомненно, что глобальная энергетика сегодня . это важнейшая движущая сила социально-экономического прогресса, так как именно она прямо влияет на благополучие миллиардов людей на земле. Поэтому нужно не только уметь бороться с текущими проблемами в этой области, но и видеть перспективы развития энергетики, исходя из того, что энергетическая безопасность будет приобретать все большее значение. Уже существует опасная тенденция в этой сфере. Она выражается в разрыве между спросом и предложением на энергоносители. А по мере дальнейшей индустриализации стран международного сообщества эта проблема будет обостряться.

Мировое сообщество озабочено поисками альтернативы традиционным источникам энергии, а также внедрением энергосберегающих программ. Но до получения практических результатов нужно научиться обеспечивать мировую экономику прежними видами энергоресурсов. За 150 лет человечество успело израсходовать 65% мировых запасов нефти. После 2005—2010 годов предполагается необратимый спад мировой добычи нефти. Наличие пика производства определяется «энергетической стоимостью» добычи. Если на поиск и извлечение топлива затрачивается столько же энергии, сколько ее содержит добытое горючее, дальнейший процесс теряет смысл. Критическая дата для производства газа наступит позже, чем для нефти, но разница в 10—15 лет для энергетического кризиса не имеет принципиального значения.

Понимание проблемы приближающегося энергетического кризиса созрело во многих странах. Она уже перешла в плоскость политики и безопасности. В конечном счете речь идет о выживании человечества. Именно поэтому руководители «восьмерки» взваливают на свои плечи груз обязательств перед человечеством по распутыванию новой задачи со многими неизвестными.

Существующая ныне нестабильность в районах, богатых углеводородами, и попытки успокоить непослушные народы и государства с помощью оружия могут оказаться детской игрой по сравнению с возможным развитием событий в будущем. Совсем недавно считалось, что с ликвидацией противостояния двух систем исчезла сама возможность новых всемирных катаклизмов. Реальность опровергл мечты политиков 90-х годов. Извечная война государств и народов за место под солнцем не закончилась. Она приняла новые формы. Может быть, еще более опасные, чем раньше, когда можно было просчитать шаги Москвы и Вашингтона. Югославия, Афганистан, Ирак, а также возникновение международного терроризма тому пример.

Две мировые войны в прошлом были вызваны стремлением к установлению господства одних государств над другими. Но еще ни разу мировые войны не начинались из-за возможной угрозы исчезновения народов в результате нехватки или, что самое страшное, отсутствия энергии. В таких условиях главной целью для нации становится выживание, а для этого все средства хороши. В том числе и установление силового контроля над энергетическими запасами, даже принадлежащими другой стране.

Для начала Первой мировой было достаточно выстрела в Сараево. Второй . блиц-кригов Гитлера. Кто опровергнет предположение, что ядерный козырь, который может быть пущен в ход в борьбе за выживаемость какой-либо страной или группой экстремистов, не приведет к последней для человечества катастрофе?

Поэтому заявление России о необходимости поиска сбалансированного обеспечения энергией человечества как об одном из факторов безопасного мира, несомненно, будет поддержано «восьмеркой» и всем международным сообществом. Не останется, конечно, без внимания предложение Москвы о создании эффективной системы сотрудничества для обеспечения объединенных наций энергией на долгосрочную перспективу.

Но обсуждение этих вопросов на одном из самых авторитетных международных форумов поднимает целый пласт проблем нашей собственной политики и безопасности. Прежде всего возникает вопрос: сможем ли мы занять достойное место в этом глобальном проекте в соответствии с нашими национальными интересами и возможностями? Мы справедливо настаиваем на необходимости предвидеть развитие мировой энергетики на длительную перспективу. Но выработали ли мы такую стратегию для нашей страны?

В ожидании реплик скептиков можно сказать: речь не идет о планах построения светлого будущего, речь идет о свойственном нормальному обществу желании знать, куда мы идем, в том числе и в области энергетического обеспечения России. Не получится ли так, что в упоении от своей роли первопроходца, теперь уже спасая человечество от энергетического кризиса, мы снова будем указывать пути развития человечества, не решив собственных проблем.

Основания для такой тревоги есть. И вот почему.

В настоящее время общественность страны все больше поддерживает стремление российских политиков превратить Россию в энергетическую сверхдержаву. Это не новая идея. Уже несколько лет целый ряд ученых и политиков ставят вопрос о необходимости разработки концепции энергетической дипломатии, основанной на наших возможностях удовлетворения мирового спроса на энергоносители в увязке с достижением собственных геополитических целей. К сожалению, дело не движется. В этом, конечно, можно обвинять МИД, отвечающий за внешнюю политику. Но дипломаты не в силах решить задачу без соответствующих наработок внутреннего характера. Основные же положения энергетической стратегии России, принятой правительством в 2000 году, не могут служить отправной точкой в создании соответствующей внешнеполитической концепции, так как у нас нет представлеения о долгосрочных задачах развития страны . кем мы будем через десять, пятнадцать, двадцать лет. Не нужно слов о коммунизме, социализме или капитализме. Эти понятия в нашем обществе в силу понятных причин не могут быть востребованы. Но и утверждения типа «мы строим цивилизованное общество» . это перекрашенные лозунги советской эпохи. Немцы и японцы, которых мы победили, уже вскоре после окончания войны знали, для чего они живут и работают. И сегодня, в отличие от нас, они также знают перспективы своего развития. Это сплачивает нации, объединяет поколения. Мы же, как всегда, сначала хотим найти национальную идею, а потом уже под нее подтягивать всю страну.

Именно из-за отсутствия у современной политической элиты России стратегического мышления у нас до сих пор нет планов развития российской промышленности . основного потребителя энергии. А энергетика, этот мотор экономики и жизнеобеспечения, не может нормально функционировать, если ей не задать оптимальную программу действий. Недавняя пикировка мэра Москвы Ю. Лужкова и главы РАО «ЕЭС» А. Чубайса, хотя внешне и выглядела анекдотично, отразила, по сути, невнятные взаимоотношения между нашей энергетикой и ее основными потребителями — промышленностью и населением.

Еще в 2003 году группа авторитетных ученых РАН предложила свой проект создания программы государственной политики промышленного развития России, которая могла бы быть составной частью экономической модели общества. В ходе ее подготовки были учтены мнения многих политиков, предпринимателей, научно-экспертного сообщества. Ее заинтересованно обсудили на конференциях и круглых столах по всей стране. Не высказали мнение лишь те, кому президент поручил отвечать за данные проблемы. Видимо, они, как и прежде, считают, что рыночные рычаги приведут, в конце концов,все элементы экономики к нужному знаменателю. И даже столь любимый пример Запада, который давно понял необходимость умной регулирующей роли государства в данном вопросе, им не указ. А ведь стратегическое планирование применяют Япония, США, страны Евросоюза.

Лидеры, которые прибудут на встречу в Петербург, вооружены знанием путей развития своих государств. Мы же, родившие «планов громадье», чей опыт, но с учетом своей специфики используют все цивилизованные страны, отвергаем даже индикативное планирование.

Есть еще одна группа проблем, которая, на наш взгляд, требует постоянного внимания. В представлении большинства населения энергетическая безопасность связана с интересами индустриально развитых стран. Но забывается, что сегодня около двух миллиардов человек не получают современных энергетических услуг. Вслух об этом мало говорят, так как информационная система планеты находится в руках Запада. По сути же, «энергетический эгоизм» индустриальных стран способствует появлению многих международных проблем, в том числе феномена международного терроризма. Если не будет создана справедливая система перераспределения энергии между государствами, реакция этих двух миллиардов обездоленных людей будет непредсказуемой по своим последствиям.

Наверное, для России это будет одна из самых трудных задач . и как для хозяйки саммита, и как для страны, которую стремятся оставить в качестве сырьевого придатка к развитым экономикам. И мы должны попытаться убедить «восьмерку» в необходимости создания справедливой системы распределения энергии. Китай, Индия, Бразилия и, видимо, другие страны, которые в какой-либо форме примут участие в подготовительных мероприятиях встречи и в самом заседании «восьмерки», конечно, будут работать в этом направлении. Тем не менее на Россию ляжет основная тяжесть выработки правильного подхода к проблеме. Заявленные нами устремления быть евразийской державой, мостом между Европой и Азией, пожалуй, впервые за последнее время будут испытаны на прочность такого рода международным форумом.

Сбалансированная позиция России еще в большей мере необходима странам СНГ, которые не будут представлены на саммите, но в сотрудничестве с которыми Москва кровно заинтересована.

И последнее. Мы можем сколько угодно заявлять о том, что Россия с ее потенциалом становится энергетической супердержавой. Но мы по-прежнему будем суперкладовой для развитых стран (и не только для них), если не направим преимущества энергетических богатств на достижение качественно нового уровня развития страны. Уровня, который определяют наукоемкие производства и новейшие технологии. Это трудная задача хотя бы потому, что у нас сформировался значительный слой политической и экономической элиты, которая десятилетия припеваючи жила за счет сырьевых запасов. С учетом же совпадения их интересов с интересами «Большой восьмерки», состоящих в том, чтобы превратить Россию в сырьевую, а не энергетическую сверхдержаву, задача, поставленная В.В. Путиным, встретит серьезнейшие препятствия.

Именно поэтому после саммита России необходимо выработать новую стратегию энергетического развития, в которой, конечно, нужно учесть результаты петербургской встречи, но строиться она должна на фундаментальных интересах развития России и ясном понимании необходимости модернизации экономики. Только это поможет нам выйти из сырьевого тупика, куда мы, не без помощи зарубежных «друзей», сами себя загнали.

Задача осложняется еще и тем, что коренной вопрос о дальнейшем развитии страны придется решать в канун окончания президентского срока. Без обеспечения же преемственности в выполнении программных установок, в том числе в сфере энергетической безопасности, нам не светит нормальное будущее.

Богатства, накопленные предшествующими поколениями, усилиями которых прирастала Россия, . это для нас последний шанс стать на ноги. Впервые за многие десятилетия у нашего народа в руках оказалась жар-птица. Птица счастья и удачи, как ее называют. Принесет ли она нам успех? Или все будет как в печально знаменитом высазывании: «Хотели как лучше, а получилось как всегда»? Трудно ответить.