"Предположение Бориса Джонсона, что Великобритания, США и их союзники снова рассматривают "военные возможности" в Сирии, заострила внимание общественности на явлении, о котором последние 15 лет западные политики старались не думать: это решительное намерение постсоветской России восстановить статус мировой державы и готовность ее бессовестного и тактически ловкого лидера Владимира Путина использовать для этого практически любые средства, включая применение силы", - пишет колумнист The Guardian Саймон Тисдолл в статье «Алеппо, Украина, кибератаки, угроза для Балтии: что нам делать с Путиным?», сообщает Inopressa.

"Реплики британского министра иностранных дел Москва осудила как попытку возбудить антироссийскую "истерию", и нервная Даунинг-стрит быстро от них отреклась. Призыв Джонсона к демонстрациям у российского посольства в Лондоне - провокация аналогичных действий против британских представительств в Москве в качестве возмездия. Этот просчет подчеркнул его неопытность и неумение оценить ситуацию", - признает автор.

"Однако по поводу положения Сирии и особенно военных преступлений, предположительно совершенных во время неустанной попытки стереть в порошок Алеппо, Джонсон отчасти прав, - пишет Тисдэлл. - Его комментарии помогли привлечь внимание к гораздо более крупной стратегической, оборонной и дипломатической проблеме: что делать с Россией".

Военные сценарии в Сирии действительно снова обсуждаются в Вашингтоне, сообщает автор, отмечая, что Лондон "обычно равняется" на него. "Ключевой вопрос больше не в том, как лучше устранить сирийского диктатора Башара Асада, а в том, как остановить российскую армию - главного союзника Асада, который несет ответственность, прямо или косвенно, за многочисленные воздушные удары по мирным жителям, больницам и школам, а также уничтожение в сентябре гуманитарного конвоя ООН".

"Любой западный консенсус по поводу того, что делать с Россией, остается обманчивым, - сетует Тисдолл. - В Европе, где многие страны зависят от поставок российских энергоносителей, мнения разделились. Например, немецкие социал-демократы сопротивляются новым санкциям в дополнение к наложенным на Россию после аннексии Крыма. Польша и страны Балтии, которым угрожают и размещение "Искандеров" в Калининграде, и дислокация российских войск на границе, требуют от НАТО более твердого поведения. Нейтральные Финляндия и Швеция, встревоженные российскими вторжениями в небе и море, ближе чем когда-либо придвигаются к западному альянсу".

"Так называемая Минская группа должна предпринять еще одну попытку приблизить урегулирование на Украине, - полагает журналист. - Но оптимизма ни у кого нет, так как ситуация там неуклонно ухудшается. После того как на прошлой неделе был отменен визит Путина во Францию, в четверг главы ЕС должны встретиться для обсуждения новых антироссийских санкций из-за Сирии. Это мероприятие тоже может оказаться бессмысленным".

"Проблема, создаваемая Россией, станет одной из крупнейших трудностей для следующего американского президента", - прогнозирует автор статьи.

"Если Трамп проиграет, у администрации Клинтон три возможных варианта действий, - считает автор. - Первый - признать, что Путин прав, когда утверждает, что США, ЕС и НАТО игнорировали и топтали российские интересы в постсоветскую эпоху, согласиться, что Крым потерян, а Асад пока остается у власти, и в будущем сосредоточиться на прагматичных, одноразовых "транзакционных" сделках в случае совпадения интересов".

"Второй подход, - рассуждает Тисдолл, - более долгосрочная вариация на тему первого: сдерживать Россию при любой возможности, сохранять или ужесточать санкции, ждать ухода Путина и неизбежного, по словам некоторых экономистов, экономического краха России, который произойдет, когда свое возьмут истощение ее запасов нефти и газа, международный остракизм и уменьшение численности трудоспособного населения. План заключается (опять) в перезагрузке отношений с послепутинской "новой Россией".

"Третья возможность, которая в данный момент кажется наиболее вероятной ввиду политических позиций Клинтон, заключается в том, что США перейдут к упреждающей реакции и преднамеренно вступят в прямую конфронтацию с Россией - не только в Сирии, но и в ряде других сфер, опираясь на возможность использования вооруженных сил. Эта перспектива чревата опасностью, - убежден автор: - Путин неоднократно показывал, что плохо реагирует на диктат и угрозы".

Обозреватель журнала «ПРБ» Александр Михеичев:

«Читая подобные статьи, не хочется думать, что все настолько запущено.

Но образ России в них остается неизменным.

Никто из авторов не воспринимает Россию как мировую державу, которую следует уважать и принимать всерьез.

Россия – это проблема, трудность, которую нужно решить, устранить.

«Что делать?», - задает типично русский вопрос Запад. И предлагает совершенно дикие варианты ответа.

Партнерство, взаимовыгодное сотрудничество, общие ценности? Признать, что Россия права? Нет, такие возможности даже не рассматриваются всерьез, к этому Запад не готов.

Сдерживать, вводить новые санкции, ждать экономического краха и вымирания  России – Запад готов и делает именно так, но, жалеет, что это долгая история.

Прямая конфронтация, война – также готов. Но «Путин неоднократно показывал, что плохо реагирует на диктат и угрозы», - пишет автор. Отметим, что он считает нормальным, что США ведет политический диалог со всем миром именно так: диктуя и угрожая. При этом автор удивлен и возмущен, что Путин, видите ли «плохо реагирует», когда ему угрожают.

Интересно, как можно назвать, например, с медицинской точки зрения угрозы в адрес ядерной державы? Хорошо еще, что все-таки автор сохранил крупицы понимания, что эта «перспектива чревата опасностью». Поймет ли он, что это опасность касается его лично, впрочем, также как и всех нас в случае вооруженного конфликта ядерных держав?

Роман Чернышевского «Что делать?» - не самый великий и известный русский роман, содержащий разгадку. Например, «Война и мир» вполне подходит для того, чтобы ответить на вопрос «Что делать с Россией?». Для начала никогда не приближаться к ее границам. Это всегда кончается одним и тем же.

Россия устала ждать, когда ее «партнеры» опомнятся и вернуться к конструктивному диалогу. Но она всегда ждет до последнего».